Я у мамы зельевар. Книга 1

– Ядвига, ещё сильнее, и ты разобьёшь чашку, – заметил Муррис и запрыгнул на стол. – Держи себя в руках.

– Предатель, – припечатала я. – Сразу сбежал, стоило явиться этому артефактору.

– Не сбежал, а совершил тактическое отступление, – не смутился Муррис и сунул нос мне в чашку. – Что я мог сделать при виде королевского артефактора и четырёх бардзуков бандитской наружности?

– Какие мы нежные, – фыркнула я, отодвигая кота и делая глоток.

Толком поговорить с Илмаром не удалось. Это одновременно радовало и в то же время напрягало.

Потому что разговаривать всё равно придётся, просто у нас сейчас этакая отсрочка. Думать об этом совершенно не хочется, но мысли упорно возвращаются к Орбасу-старшему, который умолчал о наличии племянника, к самому племяннику и к себе несчастной. Только нос достала – хвост увяз. А ещё… пан Криш подсказал очень интересный вариант решения проблемы, но я пока не готова на такое.

– Ядвига, с тобой всё в порядке? – осторожно уточнил Муррис.

– Да, а что?

– Выражение лица больно кровожадно, – признался он.

Я фыркнула. Обычное дело с утра пораньше. В это время со мной лучше не связываться. Ничего не имею против этого времени суток, рассвет прекрасен и всё такое, но вот вставать и что-то делать… Нормальные ведьмы делают свои ведьмовские дела ночью! И как бы меня ни пытались переубедить, что на рассвете можно изготовить эликсир всей своей жизни, вовек не поверю!

– Кстати, ты вчера сама ушла, – попенял мне Муррис. – А я хотел обговорить дальнейший план действий.

 – Он выразительно покосился на вещи Илмара, стоявшие у стены. – Места для двоих тут маловато.

– Спасибо, дорогой, что сказал об этом, – проворчала я, глядя на опустевшее дно кружки.

Надо сварить ещё, ибо бодрость ко мне так и не подобралась, а могла бы!

Муррис сел и обвил себя хвостом.

– Ядвига, я серьёзно. Ведьма ты или где?

– Я ведьма, прекрасно помнящая, что намеренное вредительство с целью вытеснения лиц с территории, имеющих на оную все права, карается Уголовным кодексом Латрии.

Муррис фыркнул:

– Ты тоже имеешь. К тому же никто не говорит про вредительство – это очень грубая работа. Надо действовать изящно, с женской изобретательностью и затейливостью. Легко, воздушно, с тонкими намёками.

– Предлагаешь подарить ему кружевное бельё? – мрачно уточнила я.

Муррис вытаращил глаза, потеряв дар речи. Но потом откашлялся и выдал:

– Ядвига, мы понятия не имеем, какие у него вкусы. Поэтому кто знает…

Я закатила глаза и встала.