Янтарь-сердце, или Со змеем на плече

Или я просто неправильно теряю сознание? Все может быть, не спорю. Как-то раньше подобными вещами не приходилось заниматься. Единственное, что я очень хорошо чувствовала, так это боль в плече. Вероятно, я им стукнулась обо что-то твердое и явно не предназначенное для падения молодых и резвых ведуний.

Открыв глаза, я огляделась. М-да. Вокруг тьма. Разве что едва уловимый свет звезд падает на черные верхушки деревьев. Даже луны нет. Это плохо. Придется работать, то есть добираться домой, на ощупь. Причем в прямом смысле.

Рядом послышался приглушенный стон, и моей руки коснулось что-то холодное. О, шаркань приходит в себя.

– Шарик, ты как? – шепнула я, вглядываясь во тьму.

Меня несколько озадачило, что радужное сияние моего тела померкло, однако через секунду я сообразила, что автоматически приняла человеческий облик. Что ж, так даже лучше. Если кто и обнаружит, то можно сказать: шла по лесу, внезапно на голову упала очень большая шишка, все остальное – в тумане. Может, не до конца, но поверят да на свет божий выведут.

– Меня будто передавило, – проворчал он.

– Придавило, – автоматически поправила я.

– Нет, передавило. Будто на велосипеде проехались, – снова раздалось ворчание.

Осмотрев, насколько это было возможно в темноте, шарканя, я все же выяснила, что он не ранен.

– Что это было? – тем временем спросил Шарик.

– Могу задать аналогичный вопрос, – вздохнула я.

– Вот уж названьице, – буркнул он и обвил хвостом янтарный глобус.

– Какое пришло в голову, – развела руками я. – Если ты хочешь узнать, что нас выбросило наружу, то скажу честно – понятия не имею. Определенно произошла концентрация каких-то сил, и нас целенаправленно вытолкнуло сюда.

– Как умно мы изъясняемся, – фыркнул Шарик. – Концентрация и все такое прочее. А каких?

Этот вопрос заставил меня задуматься.

– Я не смогла определить. С таким раньше никогда не сталкивалась. Но у меня было странное ощущение, ну… как бы объяснить, будто нас толкнули в энергетический тоннель, придав при этом очень хорошее ускорение.

Шарик некоторое время молчал, явно анализируя мои слова. Порой мой шаркань прекращал вести себя как маленький вредный ребенок и проявлял подлинно змеиную мудрость и рассудительность.