Тень оборотня

Ну, или не буду больше пробовать ту настойку на Соборной улице, честно-честно. Не поймёшь вообще, из чего они её делают.

– Ошибаетесь, Анастасия Кирилловна, – усмехнулась тень, и по спине пробежал холодок. – У вас нет выхода.

Чешуйчатая рука резко удлинилась и ухватила меня за запястье. Я вскрикнула и отшатнулась, однако всё тело вмиг онемело. Длинный коготь вспорол подушечку моего пальца, окрасившись кровью. Я охнула от боли.

Мой палец тут же приложили к бумаге.

Сиреневое пламя охватило меня с ног до головы, и перед глазами потемнело.

А потом донёсся шёпот. Шипение. Шуршание тысяч листьев под ногами. И шелест ветра, который подхватил всё это и забавляется, перекидывая призрачными руками. А потом касается тебя, щекоча и смеясь.

– Теперь ты наша, теперь ты наша…

Страх окатил противной волной.

Но тут же чья-то крепкая рука ухватила меня за шиворот и рванула вверх.

– Вот так лучше. Не переживайте, Анастасия, всё в порядке.

Я открыла глаза и сообразила, что нахожусь на дороге возле леса.

Они скорее походили на творение скульптора, что собрал их из костей, тьмы и безумия. Глаза горели адским красным пламенем, а витые рога устрашающе нависали над мордами, вызывая дрожь одним только своим видом.

– Не переживайте, Людвиг и Йоганн хорошо воспитаны, – прозвучал рядом тот же голос.

– Спасибо, утешили, – буркнула я, и подняв голову, наконец-то посмотрела на своего спутника.

Он оказался высок, я едва доставала макушкой до его подбородка. Симпатичный, молодой… скорее всего, мой ровесник. Нордический блондин, ледяные голубые глаза, которые сияют так, что хочется стоять и смотреть только в них. Правильные черты лица, даже можно сказать слишком правильные и оттого немного скучные. Невероятно резкие скулы, к которым хочется прикоснуться, дабы развеять глупую мысль, что о них можно порезаться.

На нём тёмная одежда, струящийся плащ до пят. Точно такой же в мгновение ока оказался на мне, и тут же стало теплее.

– Ночи здесь всегда холодны, – заметил он. – Поэтому прошу садиться, у нас не так много времени, как хотелось бы.

В это время обожгло осознание: меня утащили не пойми куда и не собираются считаться ни с единым одним словом. Тут же вспыхнул гнев.