Чернила под кожей

Но многим, как ни странно, это не так ясно.

Писательство – такая же работа, как и другие. Прежде всего, интеллектуальная. Поэтому первый инструмент в работе – ваши мозги. Если мозги умеют мыслить и облекать мысли в слова, это уже хорошо. Такая работа еще весьма удобна тем, что писать вы можете везде. Главное, чтобы было на чем. Ноутбук или тетрадь – неважно. Но, пожалуй, на этом заканчивается вся так называемая простота.

Я откидываюсь на спинку стула, закладываю руки за голову, гипнотизирую электронный лист на мониторе.

Еще пользуюсь специальными очками для компьютера, но последние разбились, когда мы с Аленкой делали генеральную уборку и случайно спихнули их на пол. И было бы полбеды, но на очки упала коробка с бесполезным, но жутко необходимым хламом, добив бедняжек.

А до магазина надо еще добраться.

Я закусываю губу. Выделяю последний абзац и удаляю его к чертовой бабушке. Не туда пошел герой. Нельзя так. Стой, дорогой, на месте. Сейчас к тебе подойдет любовь всей твоей жизни. Она же тебя в конце и убьет. Но ты об этом пока не знаешь.

Кстати, если вы до сих пор верите, что творческие люди работают только по вдохновению, – немедленно сожгите на костре эту ересь. И того, кто это сказал. Потому что вдохновение приходит на определенную часть вашего замысла.

И, черт возьми, именно так и происходит! Запал может уйти, а доделывать начатое нужно. Вдохновение – не панацея. Вдохновение – ослепительная молния в темном лесу. Она покажет тебе, куда идти, и даже даст сделать несколько шагов, но из леса ты должен будешь выбраться сам.

И на одном вдохновении это сделать не получится, поверьте мне.

Дверь открывается, на пороге появляется Аленка.

– Ты сильно занята? – задумчиво спрашивает она, покусывая дужку очков.

Я провожу ладонями по лицу, качаю головой.

– Нет, я смотрю порнографию. Все как обычно.

– Так и знала, – ни капли не смущается Аленка, шлепает босыми ногами по ковру и протягивает мне телефон.

– На, глянь.