Чернила под кожей

И адреналин будоражит не хуже, чем алкоголь. Я не знаю реакции этого зверя. Но мне нравится смотреть на него: на сильное гибкое тело, на расцветающие шипами и демонами татуировки на руках и плечах. И на кровь на лице тоже нравится смотреть.

Кот протяжно мяукает. Макс вздрагивает и переводит взгляд на питомца.

– Пират, ты…

– Так лучше, – сообщаю я, быстро заканчивая начатое. – Теперь нужен еще лейкопластырь.

– Сразу в мумию. – Он перехватывает мою руку, чуть сощуривает глаза. – Достаточно, доктор Грот, вы сделали все что могли.

Пациент больше не хочет.

«Ну и дурак», – едва не слетает с языка, однако я только пожимаю плечами.

Большой мальчик. Сам разберется.

Аккуратно высвобождаю руку и выхожу в коридор. Пират смотрит на Макса как на больного. Потом поворачивается и следует за мной. Кажется, на уровне инстинктов чует, что случайно появившаяся в доме женщина может накормить. Ну или хотя бы приласкать – совсем не так, как это делают грубые мужланы.

Я присаживаюсь на корточки и начинаю ворковать с Пиратом.

Глажу по голове и спине, чешу за ушками. Кот начинает оглушительно мурлыкать – маленький трактор, модель «Полосатый».

– Ну охренеть, – мрачно комментирует происходящее Макс. – Уже и кот меня предал.

Я ничего не говорю, сохраняя невозмутимое выражение лица. Делаю вид, что все идет по плану. Хотя на самом деле все куда проще: я просто понятия не имею, что делать дальше.

Поэтому не особо сопротивляюсь, когда Макс все решает сам.

– Нужно выпить, – говорит он. – Дезинфекция не только снаружи, но и внутрь.

Изначально хочется запротестовать. Не собираюсь пить… Но Пират нагло тычется в мои колени, требуя ласки, и я теряю равновесие. А Макс вовремя оказывается рядом и помогает встать.

Через некоторое время я сижу на чужой кухне, пью кофе с коньяком и смотрю на мужчину, которого совсем недавно готова была размазать по стенке. Фигурально выражаясь. Ибо то, что Макс не слабак, было ясно даже по фотографиям, не то что вживую.

Кофе горчит, коньяк тоже. Но хмель не берет.

Все уходит на стирание эмоций, на успокоение расшатанных нервов. Стресс никуда не ушел, просто затаился ядовитой змеей, выжидая подходящего времени, чтобы укусить как можно сильнее.

«Назову какой-нибудь текст „Чаепитие на окровавленных джинсах“ и укажу, что по реальным событиям», – мелькает шальная мысль.

Странное название больше привлекает, чем отталкивает. Мой читатель привык, что у меня все… странное. Непонятное. Заставляющее сломаться шаблон.