Будьте моей вдовой

Даже я, весьма далёкая от светской жизни и сплетен о красавчиках, могу предположить, что у него была тьма романов и поклонниц. Скорее всего, многие девочки пытаются обратить на себя его внимание, однако… Алон не спешил сделать кого-то своей супругой.

Только сейчас я вспомнила: кое-что слышала о наследнике рода Запретных артефакторов, но никогда не запоминала.

Что, в общем-то, не удивляет. Поскольку состояние, которое он унаследует, впечатляет, а значит, и простая девушка из хорошей семьи Ноахов не устроит. Только простая девушка из очень богатой хорошей семьи.

Тогда дело пойдёт на лад.

Что могло Алона привести ко мне – загадка. Не припомню, чтобы кто-то из многочисленного семейства отправился на Облачные острова. Следовательно, урна ему вряд ли потребуется. Разве что у богатых свои причуды, решили заранее приобрести вместилище для праха и духа.

Интрига накалялась. Золотой наследник умело держал паузу. Но, когда исчез весь красный дым, который непременно сопровождал накрытие стола, я поняла, что время пришло.

Все условности соблюдены, сейчас пойдёт деловой разговор.

– У меня предложение, от которого нельзя отказаться, Марджари, – ослепительно улыбнулся Алон и поднёс пиалу к губам.

– И какое же? – поинтересовалась я.

Он выдержал паузу, сделал глоток и уточнил:

– Скажите, Марджари, вы любите деньги?

– А есть те, кто их не любит? – искренне удивилась я.

Алон довольно кивнул.

– Прекрасно. Ваши тлен-авивские корни куда сильнее, чем можно было изначально предположить.

– Это комплимент моей родословной или попытка указать, что моя практичность несколько портит облик прекрасной дамы?

– А вы умеете не отвечать вопросом на вопрос?

– А вы?

Он рассмеялся.

Я тоже невольно улыбнулась. Собеседник, который умеет хорошо ответить, это всегда замечательно. Шутливая словесная перепалка помогает держать себя в тонусе и не даёт расслабиться вашему визави. Польза со всех сторон.

Что же касается моих корней, то… Это долгая история. С тех пор как Шавасаки после кровопролитной Демонской войны получил статус города с самоуправлением и нейтральной территории между Тлен-Авивом и Джапонской империей, в него стали переезжать те, кому законы обоих государств стояли поперёк горла.

У каждого была своя причина, наравне с приличными гражданами сюда приезжали и те, кто не слишком хотел соблюдать правила.

Мэр Шавасаки не прикрывал преступников, но в то же время давал возможность некоторым талантливым, но непонятым личностям жить спокойно.