Insomnia, или Поиски Механической Вороны

В конце концов, та и впрямь долгое время скакала по квартире, надоедая скрежетом металлических лапок и прячась всякий раз, когда мне хотелось посмотреть на это чудо природы (или чего-то иного), а потом пропала, словно воображаемый друг, надобность в котором исчезла.

– Спросила ты, – прокомментировал вдруг Мефистофель, появляясь передо мной и указывая рукой на застывшую сцену в пустыне. Выглядело это забавно – прямо учитель перед изображением проектора. – А я ответил…

Мефистофель, сидящий на камне, удивленно вскинул брови и сказал:

– Как это «куда»?

– Раньше была.

– Давай-ка посмотрим, – Мефистофель с нарочито озадаченным видом приложил палец к подбородку. – Ворона пропала потому, что исчезла причина ее пребывания рядом с тобой. А куда деваются те, у кого больше нет причин оставаться где-либо?

– К новым причинам? – предположила я.

– Может да, а может и нет, – Мефистофель зевнул и потянулся, потом снова посмотрел вниз – то есть, на меня.

– Можем.

Пустыня, Мефистофель и я исчезли. Я тряхнула головой. Конечно, я была на кухне, и напротив меня стоял Мефистофель – в той же самой позе, в какой он комментировал происходящее.

– Занятно, – сказала я, имея в виду его наглядное пособие. – Значит, сейчас мы пойдем искать Ворону?

– Пока нет, – Мефистофель снова сел на стул, закинул ногу на ногу и сложил руки на груди. – Я что, по-твоему, всемогущий? Откуда я могу знать, где какая-то там Ворона?

– Зачем же ты тогда здесь? – удивилась я.

– А что, нельзя? – вдруг обиделся Мефистофель.

– Можно, – сказала я. – Просто ты явно не из тех, кто приходит под каким-нибудь предлогом, чтобы залезть в холодильник…

– В холо… что? Ах да. – Мефистофель покосился на белый ящик со смесью подозрения и недоверия. – То есть нет. На самом деле, я хотел уточнить. Как выглядит эта твоя Ворона?

Значит, подумала я, Мефистофель все-таки не часть моего больного воображения, раз не знает то, что знаю я.

– Ну… Металлическая, – сказала я. – Как будто ее собрали из обломков. Глаза черные… Большие, угловатые. Без зрачков. Будто заплаты из чего-то черного. Везде заклепки, шурупчики. Лапки всегда скрипят.

– Так я и думал, – Мефистофель зевнул. – Ладно, пойду еще что-нибудь разузнаю.

После этого разговора Мефистофель стал не таким уж редким гостем на моей кухне.