Ты – мое желание

Невозможно, мать вашу, так остро чувствовать! Тем более ту, которую не знаешь!

Химия?

Ну, к черту.

В неё Марк не верил.

С его цинизмом и скептицизмом повестись на незнакомку, которая, вероятно, играла в свою игру и преследовала определенные цели?

И всё же…

Её ладошка задержалась на его животе.

– Какой у тебя пресс красивый, – её пальчики пробежались по его и без того напрягшимся в ожидании мышцам. – Кубики…

Она мурлыкала. Честное слово. От удовольствия, что трогает его, и в её интонации не было даже намёка на фальшь или наигранную игривость.

– Маленькая, давай ниже… ещё…

Если она и делала кому-то минет, то было пару раз и неумело.

Она тоже его пробовала. Аккуратно исследовала, трогала. Марк с силой сжимал подушку за головой, едва ли не разрывая хлопковую ткань. Так нельзя… Мать вашу, нельзя… Её язык, губы дарили жар. Порхали, как бабочка. Невесомо.

Марк честно терпел. Сжимал зубы, приказывая себе не толкаться бедрами. Она же…

Не удержался. Толкнулся прямо в горло, да ещё и в волосы руку запустил, чтобы по привычке зафиксировать голову, не позволить партнерше убежать от глубоких проникновений.

Как он любил…

Девочка сразу закашлялась, подалась назад, уперевшись рукой ему в бедро, отталкивая.

– Прости, – он мгновенно спохватился и притянул незнакомку к себе. Адреналин подскочил в крови, ударил в голову. Идиот! Придурок! Она же…Она же, как девочка! Маленькая и нежная, а он – в горло.

Она задрожала в его руках. Видимо, для неё его поступок оказался полной неожиданностью.

– Извини, – повторился он и припал губами к её щекам, на одну из которых всё-таки скатилась слеза. Его самого тряхнуло. Бывало и жестче, но там партнерши сами жаждали получить по полной, заводясь от глубокого минета.

– Я…

Он договорить ей не дал. Накрыл губы своими, лаская и успокаивая. Руки спустил на обнаженную спину, пройдясь по позвоночнику, задержавшись на пояснице и снова вернувшись к ключицам. И выше. К шее. Сжал её, уже не сильно, но достаточно, чтобы удержать, зафиксировал, лишив возможности избежать его поцелуя.

Она впустила его жадный язык внутрь, снова расслабляясь и окончательно вверяя себя в его руки. Марк глухо застонал, сам осознавая, что его стон больше походил на голодный рык. В паху заломило. После её теплого рта он находился на грани.

Её губы тоже несли аромат лаванды. Такой же тонкий и ненавязчивый, как и она сама. Девушка выгнулась, сильнее прижимаясь к нему, давая понять, что его извинения приняты.