Твоя

От запаха девочки-Ани, от её близости. И от неприступности, черт побери, тоже!

Предложила себя! И что?.. Как она собирается выполнять супружеский долг? Лежа бревном под ним? Дамир даже не заметил, что его мысли постепенно скатываются к замужеству.

Он крепко сжал её влажные волосы. Пушистые… Приятные на ощупь. Как же хотелось их потянуть на себя, развернуть куклу к себе спиной, заставить прогнуться в пояснице. Прижать сильнее. Вдавиться.

Он шалел от неё.

Его губы жадно пили сладость её рта, язык властно пытался проникнуть внутрь, раздвинуть её губы, но тщетно.

Но её не отпустил.

– Дерешься, девочка-Аня?

Он оторвался от неё лишь для того, чтобы заглянуть в омуты глаз. Таких близких, колдовских. С легкой поволокой, и явно не от пробудившегося желания.

– Отпустите меня, – выдохнула она, обдав его теплым дыханием.

– Зачем же? Не вижу причин.

– Пустите, – теперь она уперлась ладонью ему в грудь, не замечая, как царапает ноготками, вызывая в нем ещё большую потребность тотчас овладеть ей. Когда он превратился в одержимого тестостероном маньяка?

– Привыкай, ведьма, ты же за меня замуж собираешься. Или думаешь, что не будешь исполнять супружеский долг?

– Вы…

– Что? – он снова приблизил своё лицо к её. – Брежу?

Ведьма задышала чаще, отчего её грудь при каждом вздохе проскальзывала в опасной близости от его.

– Дамир. Хватит. Правда, – она снова предприняла тщетную попытку сдвинуть его в сторону, вторую руку подняла и накрыла его ладонь, по-прежнему удерживающую её волосы.

Край пуловера сдвинулся, обнажая плечо. Нежно-розовое, с изумительно гладкой… Взгляд Дамира наткнулся на неровные полоски бледно-красноватого оттенка, некоторые побелели сильнее.

– Что это такое? – прорычал он сквозь стиснутые зубы и, не церемонясь, сдернул ворот свитера вниз, максимально оголяя плечо.

– Не смей! – Аня дернулась в его руках и вскрикнула, когда он натянул волосы слишком сильно. Выругавшись, Дамир отпустил Аню, в его планы не входило причинять ей боль.

Девушка пошла ещё дальше: она умудрилась проскользнуть мимо его руки, окончательно высвобождая себя из его плена. Дамир позволил – не будет же он гоняться за ней по всей квартире. Хотя и мог бы.