Сюрприз для Ловчего

Её довольно-таки бесцеремонно развернули, и она оказалась лицом к лицу со своим спасителем.

– Вы? – выдохнула она, узнавая своего нечаянного спасителя.

Горькая усмешка исказила мужские губы.

– Видимо, вы информированы более, чем я.

Ванда смутилась. Вот так конфуз!

– Я… – она замялась, не в состоянии правильно подобрать слова. Эмоции, нахлынувшие на неё, были сильными и контрастными: облегчение от спасения, разочарования от неудачной поездки, испуг от преследования и удивление от узнавания незнакомца.

Перед ней стоял Ловчий. Тот, которого она видела в опере. Один из двух, тот, что выглядел постарше.

– Не стоит, – мужчина продолжал удерживать хрупкое тело, цепким взглядом ловя каждое изменение на лице девушки. – Давайте сделаем вид, что мы не попадали в некое щекотливое положение, и просто представимся. Мортон Каварди, к вашим услугам.

– Ванда… – она запнулась, остро ощущая всю неловкость складывающейся ситуации. – Ванда Альтер.

– Значит, Ванда Альтер, – Мортон не счел нужным скрывать сарказм.

Девушка вспыхнула. Не надо было ему представляться! Хотя… Какой прок скрывать своё имя? Он без особой суеты сможет узнать, кто она такая, стоит лишь навести справки о жильцах баронессы Шимански.

Стало стыдно.

Вот же!..

– Извините, но вас это не касается, – за холодным тоном она попыталась скрыть растерянность и неловкость.

– А вдруг вы снова решите пуститься в бега? – иронично заметил Мортон, но объятия всё же разжал, хотя, как показалось девушке, не так быстро, как следовало бы.

В некоторой степени Ванда была даже рада повстречать Каварди. Как-никак знакомое лицо, а не чьё-то озлобленное, пьяное и сердитое.

Ванда, снова почувствовав себя свободной, на мгновение забылась, и наступила на обе ноги, за что сразу же поплатилась новой, ещё более острой болью.

Её лицо исказила гримаса боли, что не укрылось от Мортона. Тот, нахмурившись, одной рукой придерживая её за спину, требовательно спросил:

– Что такое? Вы ранены? Почему хромаете?

Ванда поморщилась.

– Я, кажется, вывихнула себе лодыжку, когда…

Она не договорила, оборвав себя. Только сейчас Ванда начинала понимать, насколько двусмысленна ситуация.