Рожденная в пламени ночи

Ты об этом не задумывалась?

У Евы запершило в горле, засаднило.

– Нет… Они думают, что я мертва.

Кривая улыбка исказила правильные черты лица Сандровского.

– Ты уверена?

Девушка не нашлась, что ответить, поэтому Игорь, выждав паузу, но и так и не получив вразумительного ответа, продолжил:

– Тебя бросили умирать. Почему не добили – я не знаю, – от его жестоких слов Ева сдала оборону, вздрогнула. – Говорю прямо: меня мало интересует, кому ты перешла дорогу, это твоя жизнь. Но недруги могут прийти проверить, умерла ты или нет.

Они захотят увидеть твой труп. Что тогда ты будешь делать? По твоей реакции на меня, я могу утверждать, что дорогу ты перешла вампиру. А от вампира очень сложно спрятаться, мы можем искать интересующего нас объекта десятки километров, идя по его запаху. А у ведьм своеобразный запах, который сложно спутать.

Игорь говорил спокойным тоном, его голос ни разу не дрогнул, зато Еве с каждым его словом становилось хуже и хуже. Сандровский озвучил то, о чем она не смела даже думать.

Девушка растерянно моргнула и тихо сказала:

– Запах приведет их сюда?

Мужчина пожал плечами.

– Возможно.

Сказал обыденно, не испытав и малейшей доли страха.

Ева пошатнулась, хорошо, что рядом оказалась стена, и девушка, упираясь рукой о стену, стала передвигаться к креслу. Ноги подвели её, стоять она больше не могла. У Сандровского возник порыв поддержать ведунью, подхватить её на руки, но он не двинулся с места. Ему не нужны были ещё одни её воспоминания.

Он ждал.

Наконец, Ева опустилась в кресло и охватила плечи руками. Страх перед монстром вытеснил страх перед князем Сандровским. Угроза из прошлого кровавой пеленой нависла над будущим.

А ведь он прав!

Проклятый вампир прав!

Монстр может передумать. Решить, что её не добили и попытаться разыскать. В отличие от неё, он-то прекрасно знает, куда её отвезли и где кинули.

Бисеринки испарины выступили на лбу девушки, и она, подняв руку, вытерла их. Слабость новой волной накатил на девушку.

И она не нашла ничего лучшего, чем посмотреть на хозяина дома.

Тот всё время молчал, выжидал, давал ей возможность осмыслить сказанное. Он видел, что ей плохо, но помощи не предложил. Знал, чувствовал – откажется.

И не удивился, когда услышал робкое:

– Что… мне делать? Я не хочу умирать…

– Никто не хочет умирать, – слишком поспешно ответил Игорь. Его темная сторона возликовала. Девчонка поддавалась. В душе он усмехнулся, чувствуя себя коварным злодеем.