Рожденная в пламени ночи

Сначала они вырежут истинных вампиров, потом примутся за людей. Станут использовать их, как корм, высушивая, тем самым, или убивая их, или превращая в таких же бездушных тварей. Если хочешь узнать подробнее, звони Борису или Велесту, я нахожусь на отдыхе, – в трубку снова что-то заговорили, вызвав у Игоря почти искреннюю улыбку. – Да, я наплевал на всё и уехал в неизвестном направлении. Кстати, как ты узнал номер моего спутникового?

Ева не хотела вслушиваться в разговор, но, услышав про стригоев, невольно обратилась в слух.

То, что хозяин дома выступал ярым борцом со стригоями, удивило её. Ей доводилось слышать сплетни, что в больших городах находятся смельчаки, которые ведут борьбу с тварями-убийцами. В их же деревне, где она выросла, были другие, более насущные проблемы, и про борьбу сильных мира сего лишь иногда рассуждали, в большинстве же своем предпочитали жить, не думая о том, что происходит за пределами деревни.

Игорь закончил разговор, и снова его внимание вернулось к девушке. От него не укрылся тот факт, что ведунья прислушивалась к его разговору.

– Так на чем мы остановились? – лениво поинтересовался он, откидываясь на спинку кресла.

– На том, что ты мне позволишь уйти.

– А ты настырная, – заметил он. – Давай я для начала представлюсь.

Ева медлила с ответом. По правилам приличия она должна была так же представиться, назвать своё имя. Но ей не хотелось. Можно было, конечно, соврать или смолчать, только ей показалось, что вампир тотчас раскусит её ложь.

– Ева, – продолжая колебаться, сказала она.

Игорь удовлетворенно кивнул. Он знал её имя из того воспоминания, что нечаянно открылось ему. И мог не спрашивать, как её зовут. Правда, тогда пришлось бы объяснять, откуда он узнал её имя.

– Дальше? Фамилию свою не назовешь?

Это был риторический вопрос.

Ева покачала головой и решительно ответила:

– Нет.

– Нет, так нет, – не стал настаивать Игорь. Он не собирался близко подпускать к себе девчонку, несмотря на сильную физиологическую тягу к ней и мистическую связь, что сразу же образовалась между ними.

Он достаточно пожил, чтобы знать – нет таких связей, что невозможно было бы порвать.