Рожденная для его любви

Он пытался проникнуть языком внутрь.

Она крепко сжала губы.

Он приглушенно зарычал, требуя впустить его.

Она в ответ нащупала свободной рукой трость.

Он сильнее сжал плечи девушки.

Она, больше не медля, щелкнула потайную кнопку на трости, и на наконечнике появился острый клинок.

Он приблизил клыки к нежным губам девушки, давая понять, что при необходимости пустит их в ход.

Она приподняла трость, нацелившись в ногу Борису.

Его напор усилился, и Майя не стала терпеть.

Она отвела руку с целью ударить по Сандровскому, но он перехватил её.

– Я убивал и за меньшее, – прорычал он, откидывая трость прочь.

Его глаза сказали Майе больше, чем слова. В них образовалась пугающая чернота, черты лица заострились, приобрели жесткость, ожог на лице усиливал ощущение неизбежности наказания.

– Не сомневаюсь, – прошептала Майя, чувствуя, как страх снова овладевает её телом. Она зажмурилась, сжалась, приготовившись к боли.

То, что Сандровский сейчас ударит её – она не сомневалась.

У Бориса возникло такое желание. Подчинить, смять, сломать…

Девушка, чьи хрупкие плечи, он держал сейчас в своих огромных руках, была напугана. И сильно. Об этом говорили и её поникшие плечики, и то, как она втянула шею и поджала ноги. Сделала она это самопроизвольно. Она предприняла слабую попытку противостоять ему и проиграла.

С ним тягаться было невозможно.

Но Борис медлил.

Медлил и не понимал, почему это делает.

А потом пришло понимание происходящего.

Запах рыженькой изменился.

В нем появился страх, липкий и вязкий. И помимо страха в нем отчетливо проступила боль. Вернее, ожидание боли. У Бориса было очень чуткое обоняние даже для сверхъестественного существа, он мог учуять запахи, которые для обычного человека были и вовсе не доступны. Он различал оттенки запахов и, смеясь над собой, поговаривал, что уйдет работать в парфюмеры.

Вот и сейчас, ему не понравилось, что произошло с запахом Майи. Откровенно говоря, ему всегда было глубоко наплевать, что испытывают другие, как они реагируют на его действия и поступки.

Но поступал он по-своему.

В голове возникла мысль, что рыженькая отлично знает, что такое боль.