Дикий

Что же делать? Как утолить огонь в груди? И ещё один вопрос – как она до такого докатилась?

Дина всегда была расчетливой и точно знала, чего хочет от жизни. Рожденная в семье обычных оборотней, она приложила огромные усилия, чтобы попасть в элиту. Никогда не совершала опрометчивых поступков, всегда всё взвешивала – что одеть, что сказать, где появиться и с кем. У неё была безупречная репутация. Дина в подростковом возрасте провела перед зеркалом бесчисленное количество времени, вырабатывая грустную улыбку и печальный взгляд.

Такие, чтобы западали в мужские души и заставляли искать встречи с Диной. При такой ослепительной красоте оттенок печали на её лице – беспроигрышный вариант.

У неё всегда были поклонники. В шестнадцать лет последовало первое предложение руки и сердце. Но сын лекаря получил безжалостный отказ. Дина готовила себя для лучшей партии. Она даже умудрялась каждый месяц побеждать своего зверя, свою серую волчицу, что рвалась в полнолуние к самцам, жаждала чувственных удовольствий и приключений.

О, нет, Дина не была настолько безрассудна, чтобы отдать девственность зарвавшемуся волку, догнавшему её где-то в лесу. Пусть подобным образом резвится челядь, она же – выше их.

Дина выходила на охоту аккуратно. Всматривалась в лица мужчин. Выбирала. Не тот… И снова не тот… Бывшая жена с тремя детьми всегда будет маячить на горизонте. А что у этого? Слишком часто играет за зеленым сукном. У этого, поговаривают, дела не так хороши, как он пытается выставить в свете.

А это кто? Димитриос Лавинский. Хм… Надо присмотреться.

Дина присмотрелась и поняла – вот он, человек, за которого она выйдет замуж. Непременно. Богат, из знатного рода, главное – не был никогда женат и не имеет проблем ни в прошлом, ни в настоящем. А любовь и страсть… Да кому они нужны? Главное, что Лавинскому пришелся по душе образ печальной девы, и он, во что бы то ни стало, решил увидеть на её лице счастливую улыбку.

На том и порешили. С годами Дина искренне привязалась к Димитриосу, даже полюбила его за то, что он любил её. Ребенка родила. Мальчика. А потом…

Потом, как обухом по голове. Увидела ЕГО и всё. Пропала.

Дикий. Ему, как никому другому, идеально подходило это имя. Хотя, какое имя… За спиной так его называли. В глаза – не смели. Потому что его взгляд обжигал, проникал в душу, при желании – в голову. Его поступки вызывали осуждение и страх.