Интуиты. Ася

Ася не была поклонницей порнопродукции, но современный интернет кишит разного рода рекламами, и несколько раз она нарывалась на сайты с пометкой 18+. И там видела вот таких сексуальных актеров – в спецовке на обнаженном теле. Под ложечкой засосало. Снова её мысли понеслись не в том направлении.

Вот совсем не в том.

Матвей что-то пробурчал под нос, она не расслышала, и прошёл к крану, где налил себе в стакан холодной воды и залпом выпил её.

Ася стояла у плиты, в метре от него. Не удержалась, и, стараясь не акцентировать на этом внимания, втянула в себя древесный запах.

Вкусный.

Спина у Матвея напряглась, и мужчина обернулся в пол-оборота. Посмотрел в зардевшееся лицо Аси, перевел взгляд на плиту, где пыхтела кастрюля со свежими щами и тушилось мясо, остановился на руке с тонкой кистью, державшей деревянную ложку.

– Пахнет вкусно.

В первое мгновение Асе показалось, что он говорит про её действие, вопрошая. Как говорится, на воре и шапка горит. И лишь потом она поняла, что он не спрашивает, а констатирует факт.

Стало стыдно. За себя и за свои мысли.

Вот же… паразитство.

– Обед будет готов через минут десять. Ты вовремя.

– Спасибо, я реально проголодался, – Матвей криво улыбнулся, поставил пустой стакан на столешницу и отошел.

От греха подальше?

– Тогда умывайся, и пойдем обедать, – прочистив горло, сказала Ася и, чтобы больше не попадать в двусмысленные для её воспаленного воображения ситуации, отвернулась от мужчины, приподняла крышку на кастрюле и помешала щи.

– Как скажешь, – вот теперь он не скрывал насмешки в голосе.

Ася решила не оставаться в долгу.

– Только, пожалуйста, накинь футболку. В твоем доме теперь женщина. И садиться есть полуобнаженным… неправильно.

Один-один. Пока что ничья.

Ионов демонстративно медленно приподнял брови. Дал понять, что понял, откуда ноги растут у её последнего замечания.

Ася чуть-чуть вздернула подбородок, но взгляда не отвела.

* * *

Обедали они молча. Ионов методично поглощал пищу, Ася, стараясь не выказать излишней заинтересованности, наблюдала за ним исподтишка. Вернее, даже не за ним, а за тем, с каким аппетитом он поглощал приготовленную еду. Была у неё слабость, любила она смотреть, как люди обедают.

Матвей принимал пищу быстро, но между тем тщательно её прожевывал.