Дышу тобой

По-другому она назвать его не могла: крепкие мышцы, тренированное тело, уверенный взгляд.

Да, он определенно чего-то не договаривал.

– Не возражаешь, если я искупаюсь? – обратился он к ней, заставив ее невольно покраснеть. Вот ведь досада, застукал, когда она разглядывала его!

– Нет.

– Ты точно присоединиться не хочешь? – Он дождался, пока она отрицательно качнет головой. – Ну, как знаешь. Тогда можешь не ждать меня, приступай к еде.

Он поднялся на ноги и начал скидывать одежду. И в этот момент у Даши что-то екнуло внутри.

Загорнов был великолепен. И Даша забылась. Будто зачарованная, она смотрела, как он снимает брюки, игриво подмигивает ей и направляется к морю. У нее на душе стало вдруг так тоскливо, как не было с тех пор, когда она выбежала из квартиры, оставив мужа одного. И плохое настроение не было связано с плохим самочувствием.

Она крепко зажмурилась. Где-то в Москве рвет и мечет Димка, терроризирует общих знакомых и ждет ее возвращения. Он знает, что она послушная верная женушка, неспособная на сумасбродные поступки. Он считает ее исчезновение бунтом женщины, у которой взыграли гормоны. Побесится и успокоится.

Но самое страшное заключалось в том, что Даша, наконец, осознала: она не хочет возвращаться к нему. И не вернется, как бы он ни умолял, как бы ни угрожал ей.

Она до последнего колебалась. Колебалась, когда выслушивала обидные Ленкины тирады, колебалась, когда ехала в Абрикосово, когда проснулась сегодня утром…

Дарья легла на спину и закрыла глаза. Она чувствовала себя беспомощной и ужасно одинокой. Да, она дура, раз продолжала надеяться. Только на что? Скорее всего, она просто не хотела снимать свои розовые очки. В них ей было спокойно и комфортно. Но теперь все, розовые стекла разбиты, и мир предстал перед глазами в своем истинном свете.

Но она даже не представляла как.

По крайней мере, Даша так думала еще минуту назад.

А сейчас обнаружила, что находится на берегу моря с другим мужчиной. Не с Димкой, а другим! Красивым, молодым, сексуальным. И таинственным.

Это смешно. Ведь Дима долгие пять лет был для нее самым красивым, самым сексуальным, самым таинственным. Он казался ей самым лучшим мужчиной на свете.