До тебя…

Михаил сжал губы и прищурил глаза.

– Да.

– Пойдемте, пожалуйста, со мной. Я вас провожу к врачу.

– Что с моей женой и ребенком?

– Они живы. По остальным вопросам – к врачу.

Игнат с ребятами остались позади, осматривая территорию.

Давно не крашеные коридоры, с облупленными во многих местах стенами. С лавками, пусть и заново обшитыми, но явно неудобными, сейчас занятыми пострадавшими, которым уже оказана помощь, и их родственниками. А так же следователями и психологами.

Михаилу приходилось бывать в муниципальных больницах, но не в качестве пациента, а в качестве спонсора.

И его всегда удивляло – куда, черт возьми, девались деньги? Он искренне считал, что профессия врача достойна уважения и всякой похвалы, но порой и его воротило от спекулятивности работников медицины.

Его проводили в кабинет заведующего хирургическим отделением.

– Добрый день, Михаил Николаевич. Василий Аркадьевич Игнатов.

– Рад знакомству.

Врач явно не спешил к больным, которым нужна была его помощь.

– Что с моим ребенком и женой? – повторил вопрос Зареченский, начиная раздражаться.

Он не собирался вести долгие разговоры.

Врач это понял.

– Сейчас состояние Анастасии стабильное. У неё сотрясение головного мозга третьей степени, множественные осколочные ранения. Но это не самое страшное…

Далее последовали медицинские термины, к которым Зареченский относился настороженно. Вот какого врачи, общаясь с родными пациентов, всегда употребляют заумную терминологию? Чтобы те почувствовали всю их значимость или, напротив, окончательно запутались?

– …у неё открылось маточное кровотечение… потеряла много крови… редкая группа… переливание… были некоторые осложнения…

– Что с ребенком?! – оборвал его Михаил, начиная терять терпение.

То, что с Настей всё в порядке – он понял. Живучая. Он рад за неё. Сотрясение мозга и прочая ерунда – пройдет, скоро она снова будет, как новенькая.

Игнатов поморщился от его резкости, но быстро взял себя в руки.

– Анастасия наглоталась дыма.

Вам лучше проконсультироваться с вашим лечащим гинекологом. Мы никаких осложнений у ребенка не нашли. Сердцебиение прослушивается. Вы, Михаил Николаевич, должны понимать, что мы сделали всё возможное, уделили вашей жене максимум времени и внимания. Но у нас очень много пострадавших. Мы ближайшая больница, сами понимаете.

Михаил кивнул.

Он всё понимал.

Достав портмоне, не считая, достал деньги и аккуратно положил их на стол.

– Лично вам за хлопоты.