Утопленница и игрок

Леша хмыкнул.

– Ты, Леш, по всему – мужчина суперэнергичный и супердеятельный, несмотря на свои временные трудности, так сказать. И тут у меня явно застоялся. Маешься. От безделья, в основном. Развернуться тебе тут негде, – прорвало вдруг Маню на злобной ноте, – простору мало… образно говоря, Леш. Да и я, признаться, подустала. Так что – домой, и как можно скорей! Там, кстати, и удовлетворишь… свои неудовлетворенные, накопившиеся за почти два месяца, недюжинные сексуальные потребности. Ну, а заодно – и остальные свои проблемы решишь, Бог даст!.

И Маня, с достойным видом по типу «разговор окончен», потянулась через стол и придвинула к себе коробку от торта, за которую прятался Леша, стряхнула в нее тряпку и аккуратно сложила тряпку в четыре раза.

Напрасно, ох, напрасно она озвучила эти последние свои мысли… Не надо было. Не стоило вообще ввязываться, знала же прекрасно – с Лешей ей не тягаться.

Пикировки их бесконечные Маня неизбежно проигрывала.

И сейчас – проиграла.

– Потребности свои сексуальные, – с лету невозмутимо подхватил Леша, снова небрежно развалясь на стуле, – я, Мань, как любой нормальный мужик – могу удовлетворить где угодно. И без извращений, заметь Маняш, а как положено – естественным путем. Стоит только оглядеться на местности. – И он внимательно посмотрел на Маню – очень внимательно. Маня, которая, презрительно поджав губы, теребила в руках сложенную тряпку, сначала раздраженно насупилась, а потом – под его пристальным взглядом – начала нервно моргать.

Леша засмеялся и встал. Похлопав себя зачем-то по пустым карманам чуть сползших джинсов, предварительно, как-то намеренно цинично-небрежно, характерным мужским жестом, слегка поправив-подтянув их на бедрах, ленивой развалочкой «матерого мужика» прогарцевал к выходу, по пути покровительственно потрепав Маню по макушке:

– Я сейчас, Мань. Быстро. Подожди меня, – распорядился он, направляясь, судя по всему, «по малым делам».

Маня, с унылым видом, бессильно опустилась на стул.

Леша на самом деле быстро вернулся и снова устроился за столом напротив Мани, как ни в чем не бывало возобновив прерванный разговор.

– Пекло такое на улице, Мань!.. Так на чем мы остановились… Ах, да. На моих сексуальных потребностях. Вот хоть Верку возьми, Мань! Она ничего, кстати, смазливенькая… и ладненькая… – маслено прищурился «матерый мужик» Леша, тут же оседлав любимого конька.