Заклятые супруги. Темный рассвет

Он указал на перепачканные ботинки и брюки. На грани подсыхающая земля смотрелась серыми струпьями.

– Веди, – холодно приказал Анри, прикрыл калитку и защелкнул замок.

Представляю, как мы смотрелись втроем: маркиз, граф и графиня ночью бодро вышагивают по ощерившейся выбоинами дорожке городского кладбища в Тевинье. Маркиз с лопатой, которая по ощущениям весит больше чем он сам, супружеская чета – с самыми темными намерениями и в отвратительном настроении. Да уж, отличный сюжет для любого журналиста.

Они, наверное, в постелях сейчас волчками вертятся, не понимая, почему интуиция не дает покоя.

Могила Джолин располагалась в самом конце – там, где кованые ворота силились оттолкнуть обступающий кладбище лес. Тщетно: деревья наползали всем скопом, ветви тянулись сквозь прутья и над ними, как скрюченные пальцы мертвецов. Когда Эрик указал на невысокую, еще не покосившуюся от времени, плиту, я опустилась рядом с ней на колени и положила руки на землю.

Пока что в перчатках.

Сквозь нависшие плотным саваном облака не удавалось просочиться даже слабому лунному свету, но мне все-таки удалось разглядеть выбитую надпись.

«Джолин Эруа, – значилось на камне, – женщине, посвятившей себя другим».

Ниже шли даты: в отличие от своей подопечной, сиделка дожила до глубокой старости.

– Простите, Джолин.

Вторгаться в покой человека, которого коснулась печать потустороннего мира, всегда чревато. Но сейчас я просила прощения именно у нее – у той, что еще несколько месяцев назад была жива.

Там, где смерть повсюду, почувствовать одну оборвавшуюся жизнь сложнее. Особенно ту, что оборвалась не вчера. Для этого придется шагнуть немного глубже, чем обычно – возможно, и впрямь туда, где я «встречалась» с Евгенией.

Нечего тянуть.

– Анри, пожалуйста.

Муж протянул мне кинжал.

– Мне нужен круг, в котором останемся мы с Джолин. Вы будете по другую сторону. Что бы ни случилось, не нарушайте границу.

Противозаконным поднимать давно умерших считалось не просто по этическим причинам: не обладая достаточно сильной магией и точными знаниями, дел можно было натворить на всю округу.

– У-у-у, страшно-то как, – сообщил Эрик.

– Страшно, – подтвердила я. – Здесь сотни мертвецов, и все они почувствуют кровь некромага во время заклинания призыва.

Эльгер вскинул руки, но лихорадочный блеск в глазах сполна выдавал его возбуждение.