Палач

Они оба знали об этом, но озвучивать свои мысли Джеймс не стал.

Он понимал, что с ним в любом случае церемониться не станут. Когда на карту поставлено спокойствие Дженнифер и ее семьи, все, что остается – принять правила игры и протянутую руку. Не хотелось доводить до того, когда его принципы наткнутся на желание Сухарева указать ему место.

– Мне понадобятся все материалы по делу, солидная легенда и доступ к центральному архиву по первому запросу, – произнес он.

– Если вы попытаетесь играть с нами в игры… – Сухарев будто нарочно хотел все испортить, но Джеймс не позволил.

– Я доведу дело до конца, – отозвался он, – передам вам все, что раскопаю. Мы оба знаем, что после этого я исчезну – так или иначе, так что давайте закроем тему. Если вас не устраивают мои условия, можете обратиться к другим призракам бывших сотрудников. Разумеется, если знаете, где их искать. И еще. Мне нужна вся информация по рейду в Солт-Лейк-Сити с моим участием.

Он вдруг отчетливо осознал, что хочет взглянуть на это дело.

По лицу Сухареву скользнула легкая тень раздражения, но Джеймсу было не до перехода на личности. К счастью, ему хватило ума не рассказывать Петру об истинной причине своего срыва, иначе все усложнилось бы.

– Вам все предоставят, – помолчав, неприязненно произнес Сухарев, – если вскроются новые факты, вы первым о них узнаете.

Его длинные, холеные пальцы терзали листок отрывного настольного календаря с перевернутым для Джеймса портретом Омара Хайяма и его очередной глубокомысленной прибауткой.

– Да, – коротко отозвался Джеймс.

– У вас будут все ресурсы, которыми мы располагаем, но вы должны понимать, что если вы попадете в неприятную ситуацию, помочь мы не сможем.

«Понимаю, прекрасно понимаю», – подумал Джеймс.

Не смогут или не захотят, какая разница. Орден легко пускал сотрудников в расход.

Солт-Лейк-Сити. Кто-то слил данные о предстоящем рейде кровососам. Их группу растрепали, как котят, но помощь не пришла. Выживших оставили на откуп милосердия измененных. Целую группу тренированных полевиков бросили умирать. Что уж говорить об отступнике, который до сих пор жив исключительно потому, что нужен для теневой операции.