Наследница

Он не сделал навстречу мне даже крошечного шага, следил за стремительным приближением. Я остановилась от него в полушаге.

– Вы Владислав? Так ведь? – от волнения сел голос. – Вы меня помните? Я Анна.

Он молчал. В каре-зеленых знакомых глазах застыл лед.

– Посмотрите, сегодня я нашла в кармане дорожного платья. – Я поспешно вытащила из ридикюля измятую гравюру и продемонстрировала мужчине. – Ведь этот оттиск был сделан именно здесь? На фоне вашего дома?

Безразличный взгляд скользнул по карточке, вернулся обратно.

– Скажите, мы были знакомы? – теряя надежду, пробормотала я.

Словно не слыша меня, он посмотрел поверх моей макушки в сторону Генри, и тот без споров и лишних вопросов, словно услышав мысленный приказ, скрылся в доме. Мы остались тет-а-тет.

– Забыла? – вымолвил Влад. Святые Угодники, даже его голос, мягкий, с вкрадчивыми интонациями, заставлял екать сердце.

– Могу я к вам прикоснуться? – уклонилась я от ответа.

– Нет.

– Мне, правда, очень жаль, но…

В следующий момент моя влажная от волнения ладонь легла на гладко выбритую щеку мужчины.

…Влад нависал надо мной, обнаженный, с каплями пота на рельефном торсе. Резко выделялись ключицы, мускулы на руках были напряжены. Лицо казалось сосредоточенным, а глаза – отсутствующими. Он тяжело дышал, как после долгого бега…

Словно обжегшись, я отдернула руку и мигом из душной спальни вернулась в наполненный запахом черемухи двор.

– Мы с вами… – Это было ужасно странно, но впервые за много месяцев у меня закончились слова.

Я уже не девственница?

Владислав вопросительно изогнул брови, и на страшное мгновение показалось, будто я озвучила мысль, больше походившую на претензию, вслух.

– У нас были… отношения? – наконец сумела я обличить вопрос в самую безопасную форму.

– Отношения? – Он иронично улыбнулся.

– Насколько мы были близки?

– Экипаж дожидается тебя? – Влад кивнул в сторону ворот, где сквозь кованые прутья виднелась улица и дорогая карета с поджидавшим меня кучером.

– Да.

– Превосходно, – пробормотал он, словно самому себе, и, сжав мой локоть, повел к калитке.

– Что ты… вы делаете? – Я попыталась освободиться, упиралась ногами, точно упрямый осел, но все равно оказалось силком приволоченной к экипажу.