Сказки волчьего леса

Верблюжонок грустно вздохнул:

– Вряд ли, – и поплелся назад.

– Ты больше не будешь охотиться? – спросила его мама утром. Она была очень обрадована тем, что сын так рано вернулся, да еще и живым и здоровым.

– Нет, – категорично заявил верблюжонок.

– А почему? – спросила мама-верблюдица.

– Почему-почему, – раздраженно отозвался он, – полный рот шерсти, вот почему, и воняет страшно.

Мама грустно вздохнула. Ей казалось, что причина отказа должна быть иной. Но уж лучше так, чем ничего.

Новость

Однажды сорока принесла на хвосте новость.

Первой пришла лисица.

– О! – сказала она и замерла, всем видом своим показывая почтительное изумление. Сорока не купилась. Сорока знала, что лисица всем это показывает.

– О! – повторила лисица, – что это у тебя на хвосте, дражайшая сорока?

Сорока самодовольно улыбнулась. Она хотела было промолчать, чтобы продемонстрировать свою значимость, но молчание ее продлилось ровно семь секунд.

– Новость! – кокетливо сказала сорока.

– Ну надо же, новость! – восхищенно воскликнула лисица. – А она интересная?

– Конечно! – соврала сорока. На самом деле она не знала, интересна эта новость или нет. Она вообще не имела представления, о чем может быть это известие, но это и не имело значения. Главное ведь в том, что его принесла она, сорока.

– Голубушка, – проворковала лисица, – а дай мне взглянуть на нее хотя бы одним глазком.

– Нет! – возмущенно воскликнула сорока и перепорхнула на другую ветку дерева, подальше от лисицы.

– И правильно, не стоит она этого, – раздалось рядом чье-то угрюмое ворчание. Это был волк. Он подкрался незаметно и сидел сейчас недалеко от волчицы и чесал задней лапой большое седое ухо.

– Лучше мне скажи, что там, – продолжил волк.

– Вот еще! – возмутилась сорока, – Это моя новость! Буду я ее всяким показывать.

– Разве я всякий? – удивился волк. Он вправе был удивляться.

– Ты… Ты не всякий, – смутилась сорока, – но ты пойми, волчишка, я не могу так сразу.

Волк, может быть, и понял бы, не назови она его волчишкой. А сейчас ему очень не понравилось это слово, и потому он оскалился, показав белые крупные клыки. Сорока взлетела чуть выше. И сверху ей хорошо было заметно появление медведя. Заметно издалека.