Отцы и деды

– Понятно. А в вашем мире совсем техники нет?

– Почему же? Есть. Часы вот, например. Только гномы секрет их изготовления в строгом секрете держат.

– Понятно, – опять повторил Николай. – Так, а Мерлин что? Тот, который с Артуром, не дед твой?

Пока он выставлял на стол какую-то еду на тарелках, я коротко рассказал ему историю про Мерлина Первого и Озерную Ведьму. История моя его не позабавила, наоборот, он еще грустнее стал и проворчал:

– Вот так легенды рушатся. Какой-то колдун из другого мира начудил, а у нас история на века.

Сказка красивая. До сих пор вот фильмы по сюжету снимают.

Что его слова значили, я не совсем понял, но спрашивать не стал. Сунул нос в бутылку с прозрачной жидкостью, понюхал и предположил:

– Гномья водка? Только… хм… сильно разбавленная.

– Какая еще гномья? Столичная! – поправил Николай, разлил жидкость по рюмкам и встрепенулся: – А тебе сколько лет, пацан?

– Совершеннолетний, – с достоинством отвечал я.

Ну да, это правда.

Почти. В Муриции совершеннолетие в шестнадцать наступает. В Эрраде в девятнадцать, но это мелочи. В целом я же не соврал, да?

Николай недоверчиво меня оглядел. Иоханна тихонечко зафыркала. Я подавил желание дать ей пинка и отважно схватился за рюмку.

Пахнет как разбавленная гномья водка, хотя и не так резко. Наверное, и по крепости не такая убойная, так что могу себе позволить. Гномью не рискнул бы пить.

– За знакомство, Лин, – сказал хозяин.

– За знакомство, Николай, – вежливо отозвался я.

– Просто Коля, – предложил он.

Хорошо, Коля так Коля. Хотя очевидное сокращение от этого имени – Ник. Странные они все-таки, иномирцы эти.

Сидим, пьем. Иоханна прямо на столе устроилась, деликатно мясо на блюдечке покусывает и молоком запивает.

Мирная такая картина. Коля этот быстро захмелел и на Иоханну влюблено поглядывать начал. С чего бы вдруг? Был бы он магом, я бы подумал, что он ее истинную внешность видит, но он же не маг. У меня даже на какой-то момент мысли нехорошие закрались о странных наклонностях иномирца этого.

Что бы я дальше себе навыдумывал, и чем бы это закончилось, не знаю. Положение спасла Иоханна. Глазами этак кокетливо сверкнула и спросила:

– Что вы, Николай, так на меня смотрите?

– Дык люблю я кошек-то! – расчувствовался Коля. – Даже ветеринарным врачом стать хотел, но…

– Ветеринарный врач это что? – перебил я.

– Это, парень, доктор, который лечит животных.