Завещанная

Я лично отдам за вас жизнь, если потребуется. И, чтобы доказать мою преданность, я согласен отдать дочь вам в услужение.

– Ты славный воин, Ирвин, – сказал король. – И честный человек. Твоя клятва тронула меня, и я тоже хочу сделать для тебя подарок. Твоя дочь не будет прислуживать мне. Она станет невестой одного из моих сыновей, когда ей исполнится двадцать.

Ирвин изумленно посмотрел на короля эльфов.

– Встань, – приказал тот, и Ирвин поднялся. Король протянул ему руку, и Ирвин с готовностью пожал ее.

– Отныне, – продолжил Мидриас, – эльфы Северного леса и люди из клана Нэрд заключают союз.

Когда твоей дочери исполнится двадцать, мы породнимся, и этот союз станет нерушимым.

– Да будет так, – улыбнулся Ирвин.

Зима в этот год затянулась. Весна не спешила согреть измученную морозами и метелями землю, хотя март уже подходил к концу. Холодные ветры неустанно кружили над владениями лорда Нэрда. Внутри замка лорда молодая рыжеволосая женщина тщетно пыталась успокоить свою полугодовалую дочь.

Ребенок плакал надрываясь. Уже несколько дней бедное дитя билось в горячке, и ни один лекарь не мог сбить жар. Пока лорд Нэрд сражался с соседями за свои земли, его дочь медленно угасала.

– О, Светлоликий! Защити невинное дитя… – в углу у деревянных икон, исчерченных светлыми полосами, сквозь которые проглядывал святой лик, с зажженными свечами в руках молилась старая няня – верная помощница леди Ингрид, которая со слезами на глазах смотрела на измученную болезнью малышку.

– Хватит! – вдруг резко произнесла Ингрид, и няня удивленно обернулась.

 – Сколько можно слушать эти причитания? Не поможет нам Светлоликий, не нужны ему мои страдания!

– Что ты такое говоришь, – няня взяла в руки иконы и поднялась на ноги. – Светлоликий Бог спасет нашу малышку. Нужно лишь усердней молить его.

– Куда усерднее? – леди Нэрд вырвала икону из рук няни и потрясла ей в воздухе. – Мы уже несколько дней боремся за жизнь Теи, но хоть один ангел явил нам свою благодать? Нет! Моя дочь умрет, и никто не поможет! Уж точно не эти никчемные деревяшки.

Размахнувшись, Ингрид швырнула доску о стену. С грохотом упав на пол, икона треснула пополам.

– Одумайся, глупая! Что ты такое говоришь? – няня тут же подхватила икону.

– Что слышала, – произнесла Ингрид. – Я скорее заключу сделку с демоном, чтобы спасти свою дочь, чем поверю в волшебную силу этих расписных досок!

Замок содрогнулся от внезапного грохота. Женщины вскрикнули, падая на пол.