Ярослава. Ворожея

Украл – руку отсекут посреди двора, и бросят подыхать, что собаку. Никто не заступится, никто не протянет ладонь обрубку. А воровали в Огнеграде часто, оттого и костями мелкими усыпано было поле по-за стеной каменной. И хорошо, что нынче зима. Снег заметает что поле, что кости белые. И Заринка – его Заринка – не напугалась по пути. А ведь могла…

Охотник вновь выругал себя за мысли крамольные. Его Заринка? Отчего ж? Он не сможет с ней вот так, когда любит другую. И обманывать не станет. Вот только любил ли он Ярославу, когда до другой губами тянулся?

Свят уж было развернулся на носках, чтоб в избу воротиться, как топот копыт да громкий крик заставил его замереть:

– Открывай! Именем Тура Каменного!

И охотник, позабыв об опасности, кинулся в избу Агафьи.

Ни кафтан, ни тулуп скидывать не стал. Положил только перед испуганной бабой на стол алтыны да запросился:

– Дай кобылу, да из города выведи. Алтынов не пожалею!

А сам вбежал к спящей Заринке.

Глава 4.

С тех пор, как Чародейка вернулась с капища, солнце оборотилось в луну.

И вновь стало солнцем. За окном брезжил рассвет, оттого и тени, что дрожали в углу горницы, желали скорее раствориться, исчезнуть. Да только нельзя им было приказа ослушаться.

И, прежде чем отпустить, Колдунья пытала:

– Сладка ли кровь той, что откликнулась на зов?

Тени колыхались, шепча госпоже ответную дань:

– Сладка, вкусна…

– Хватило ль?

Тени дрожали. Они, поднятые из Лесов Симаргла, были всегда голодны, оттого и страшились:

– Еще бы… еще б немного…

Жадные голоса становились крепче, врываясь в сознание Чародейки, отчего голова ее, доселе не ведавшая людской боли, начинала гудеть.

А это раздражало. И она отпустила заблудшие души на волю –  на время.

Сама же вновь склонилась над картой.

Огоньки – желтые, красные и зеленые – загорались и гасли. И тех, что гасли, было в разы больше. Все верно: заемная жизнь ее, как и сила колдовская, требовала откупа. Крови животворящей. И где взять ее столько, чтоб погасить голод? Правильно, нигде.

Потому как жизнь тех, кто ходит по Земле Лесной, выкупит ее ненадолго. И лишь ворожеи с ворожебниками способны дать больше…

Хозяйка покоев шумно втянула воздух. Еще немного, и она, подобно сосуду, наполнится мощью, и уж тогда ее планы свершатся.

Когда-то она хотела стать вровень с богами.

Колдунья засмеялась своему скудоумию. И смех этот был сладок.

Вровень? Глупая! Ей это больше ни к чему.