Цветок бархана

Глянул осторожно на Гюрзу, а потом тихо уточнил: – но, кажется, и у тебя ездовой скорпион был?

Глава 3

О пряностях, чароведских силках и воровстве

Сквозь узкую щель прикрытого окна пестрые палатки торговых рядов казались разноцветной слюдой калейдоскопа.

– Осторожно, – торговец подошел незаметно. Бегло окинул шумную улицу внимательным взглядом и спешно прикрыл ставни: – Не стоит слишком доверять амулетам. Вон там, видишь?

Аниса видела.

Мальчишку, который с интересом оглядывался по сторонам.

И одного из стражей – чуть дальше. Страж этот появлялся на окраине уже во второй раз, и – фата могла поклясться чем угодно – появится снова, пока ночь не укроет Старый Город густой темнотой. Да и мальчишка – вряд ли просто мальчишка. Слишком приметный.

Сообщник прав: лишний раз высовываться не стоило. Однако эта правота только сильнее подхлестнула волну глухого раздражения, а потом и вовсе устыдила: вон как ты низко пала, Гюрза. Еще вчера защищала спину самого Халифа, была его тенью. Теперь же прячешься словно крыса.

– Вижу, – нехотя призналась Аниса. – Они пробудут здесь до сумерек.

Говорить с торговцем по-прежнему выходило плохо. Фата ловила себя на мысли, что все больше спорит с ним – даже тогда, когда этого можно было избежать. Только пересилить себя не получалось, хотя Гюрза и понимала: это все, что ей оставили. Не примет помощь – пропадет.

Спешно встав с насиженного места, она попыталась обойти Варру. Однако, видно, и тот хотел того же – и Аниса едва успела остановиться.

С силой опустила израненную ногу на нагретый камень и, зажмурившись от боли, резко вдохнула.

– Больно? – торговец первым отступил в сторону, позволив Гюрзе уйти. Но, не дождавшись ответа, шагнул за ней следом: – Возьми. Рану нужно промыть.

Фата обернулась. С удивлением уставилась на протянутую фляжку и недоверчиво спросила:

– Это ведь последняя?

Анвар кивнул:

– Не жалей. Если выберемся, раздобудем еще. Если нет… едва ли нас спасут эти полфляжки.

Для Анисы такая расточительность была сродни безумию, однако переубеждать торговца казалось делом дурным.

И она просто отмахнулась:

– Не стоит.

Дойдя до узкого ложа, стражница с облегчением опустилась на твердый настил и устало смежила веки, чтобы тут же раскрыть их – на недопустимо близкий шелест одежд Варры:

– Возьми! – тот настойчиво положил плоскую серебристую бутыль на покрывало и снова отошел к окну, пояснив с немалым раздражением: – Если рана загноится – будет хуже.