Прощание с Аэлитой. Роман

Мечи припасы!

Семен выставил бутыль первача и закуску.

– Ого! – одобрил новый знакомец. – Вздрогнули за женщин, потом со свиданьицем.

Выпили.

– Малая Вишера, это же в наших краях. Не понял!

– А еще в новгородских землях!

– Иди ты! Бабоньки, слышали? Новгородская Вишера!

– И чего ж удивительного? – Вмешалась Ульяна, – тебе, Жора, все в диковину, на самом деле хватает одноименных сел, разных первомайских, дубков и прочих.

– Вишера не Дубки. Мистическое совпадение. Чую, не спроста.

– Мели, Емеля, – Ульяна толкнула мужа локтем в бок.

– Ты, благоверная, помолчи. У меня нюх. Попомни, Сеня. Огребешь сполна на свою задницу в этой, как ее, Вишере.

– В Малой, – подсказал Семен. – Наливай еще, брат. Выпьем за туманное будущее. – Он выпил полстакана самогона и подцепил вилкой черемшу, – славно посолена.

– Ульянка старалась.

Жорина супруга зарумянилась и потупила взор:

– Спасибочко на добром слове.

– Туманное будущее, – повторил Семен, – погощу у дружка две недельки, и назад подамся к невесте Наталке.

– Любишь свою Наталку?

– Очень.

Настена, сестра Жоры, зевала, глядя в окошко. Темнело, мелькали редкие фонари проплывающих деревень.

– Говорят, в Петербурге летом ночей не бывает.

– Бывают, но светлые. Небольшие сумерки. Увидим. Не выспалась?

– Где там? Поднялась ни свет, ни заря.

– Верно из самого Красновишерска?

– Не угадал, служивый, бери ближе – из Соликамска.

– А я до Красновишерска верст тридцать отмахал местным подкидышем, а уж дале автобусом.

– Эк забрался. С заимки чо ль?

– Ну, – Степан подавил зевок.

Настена кивала носом. Жора потянулся:

– Эхе-хе! Уснешь, глядя на вас.

Развернул матрац на верхней полке:

– Идем, Уля, бельишко получим.

Та закопошилась, настороженно глядя на Семена. Тот повернулся лицом к противоположной стене и тоже развернул матрац.

– Сколько надо, Жора?

– Давай триста, не ошибешься.

– Триста? Боже, правый!

– Да не знаю сколько.

– По тридцать рубликов бельишко, – сказал Семен, доставая из старинного, с металлическими пряжками, выцветшего чемодана, спортивный костюм.

Дамы спешно ретировались в туалет. Жора через несколько минут скрылся в том же направлении. Переодевшись, Сеня отправился к проводнику за бельем и на полпути столкнулся с попутчиками, торжественно несшими на вытянутых руках простыни, отдающие за версту влагой.

– Мы уже! – похвастал Жора.