Криасморский договор. Пляска на плахе

Воробей прилетал каждый день, а когда лег снег, и вовсе перебрался к монаху в пещеру. Так они и перезимовали на сушеном хлебе, пересоленном вяленом мясе да корешках. Но Аристид не тужил: здесь было спокойно, ибо мало кому придет в голову искать мятежного церковника в одном из самых священных мест материка.

Однако все хорошее рано или поздно заканчивалось.

Аристид увидел поднимавшуюся на холм фигуру и с сожалением поставил миску на землю. Когда гость приблизился, воробей возмущенно чирикнул и упорхнул подальше.

– Мир тебе, брат Норберт, – поприветствовал Аристид. Сухой как щепка молодой человек с почтением склонился, придерживая висевшую на плече сумку.

– Благословите, святой брат, – шепнул он.

Аристид выпрямился и начертил в воздухе идеальный круг:

– Да направит тебя Хранитель на дела благие, брат Норберт. Разделишь со мной завтрак?

Гость охотно кивнул. Висевший на шее серебряный диск на кожаном шнурке качнулся и засиял, поймав солнечный луч.

– Я принес еды. Намедни прибыли дары от графа Эккехарда.

Хорошая солонина. – Норберт опустил сумку на утоптанный земляной пол и принялся доставать гостинцы. – Прихватил свежего хлеба, мешок сухарей, вяленую говядину, несколько яиц и мех с вином, чтобы согреться. Ах да, еще свечи, немного кожи на заплаты и писчую бумагу.

Аристид покачал головой.

– Балуешь ты меня, брат Норберт. Второй раз за дюжину дней приносишь мясо!

– Живя в такой аскезе, порой можно позволить немного мирской пищи, – гость огляделся.

 – Слава Хранителю, холода отступили. Говорят, снега больше не будет.

– Не будет, – подтвердил Аристид, жестом пригласил Норберта к огню и принялся ломать хлеб. В закромах нашлось немного сыра, его он тоже подал гостю. – А теперь самое ценное. Какие новости?

Норберт вытер руки о самый чистый край рясы, налил похлебку в миску и, пробормотав краткую молитву, попробовал варево.

– Да, нелегко вам приходится, – сказал он.

– Бывало и хуже. Что слышно из Миссолена?

– То, что вы и пророчили: император умер, – Норберт снова осенил себя святым знаком, но Аристид даже не шелохнулся.

 – Да примет Хранитель его душу.

– Примет, куда денется, – Аристид отложил хлеб и уставился на гостя. – Кто преемник? Горелый лорд?

– Нет преемника. Потому я и пришел. Вы-то тогда пророчили, что вскоре император или сам отправится в Хрустальный чертог, или ему помогут, и наследовать трон будет лорд Демос. И все так думали, но… Император не оставил завещания.