Онтологически человек: Битва деревьев

Стайка пузырьков в стакане воды перед Нимуэ поднялась со дна и с шипением скользнула вверх.

Нимуэ поднялась.

– Мне пора. У меня встреча с Рианнон. Будет невежливо заставлять главу Круга ждать.

Она поднялась из-за стола и шагнула из раскрытого окна – только ветер взметнул легкие занавески.

Вран повел в сторону окна зрачками и продолжил намазывать тост, как ни в чем ни бывало.

Эйрмид вспорхнула из-за стола и высунулась в окно чуть не по пояс:

– Учится! Раньше ей ходить напрямую через Аннуин не давалось, – гордо заявила она через плечо.

Вран бросил на нее короткий взгляд исподлобья:

– Я не давлю. Я предупреждаю. С людьми всегда выходит одинаково.

Эйрмид оперлась на спинку стула и постучала носком об пол.

– Мирддин – не только человек. Он еще и сын Гатты.

Вран поморщился:

– Сам Гатта никаких радужных иллюзий по этому поводу не питает.

– Гатта просто боится надеяться. Он еще больший пессимист, чем ты. Вам вечно кажется – если отчаяться заранее, потом будет не так больно. Нет, не будет! Это не помогало, не помогает и не поможет никогда! И вы оба это прекрасно знаете, а ведете себя, как сосунки! Что, никто не хоронил смертных и детей от смертных?

– План как раз был в том, чтобы от этого защитить, – резко сказал Вран.

– Но не вышло, – Эйрмид присела на краешек стула, подалась вперед и коснулась врановой руки.

Вран поморщился.

– Триста сорок седьмого. Седьмую. У меня не сразу получилось, чтобы они не… распадались при контакте, – Он с отвращением оглядел идеально ровный бутерброд и отложил его в сторону. Эйрмид подцепила двумя пальцами хлеб и впилась в него белыми зубами:

– Ты всегда был такой упорный… Неудивительно, что мы с тобой не сталкивались до Падения.

– Толку все равно бы не вышло, – буркнул Вран.

– Да, – Эйрмид слизнула с пальца масло и уставилась на острый ноготь. – Абсолютное несходство темпераментов. И полное отсутствие опыта.

Вран тяжело вздохнул и отпил кофе:

– Видимо, это ошибки, через которые каждому нужно пройти самостоятельно. Обязательная программа. Увлечься смертным. Ввязаться в человеческую историю…

– Обидеться на Единого, – промурлыкала Эйрмид.

Чашка замерла в воздухе.

– Это не обида.