Вершитель судеб

– Девка?! И в моем дворе! Да еще смеет показывать мне свои зубки в смешке?! Нет, увольте! Такого я не позволю! Ох и потешаются наверное они за моей спиной! – Елизавета была в гневе и ходила по залу из угла в угол. К ней было сунулся граф Кикин с бумагами, но Алена выразительным жестом попросила его оставить Ее Величество в покое.

– А кто младший посол? Почему мне было раньше не доложено? – гневно спросила императрица.

– Это Марсель Ориньяк, Ваше Величество! Он не ожидал застать сию особу при дворе, а когда увидел, смел первом делом предупредить меня, так подругою я считалась у Волковой.

А уж после я к вам, – она упала на колени и протянув руки до ее платья, страстно заговорила:

– Знаем, знаем, – протянула императрица, – о-очень воспитанный и честный молодой человек, – она немного поостыла и по всей вероятности придумывала достойное наказание для Ирины. В словах Алены сомневаться она не могла, тем более, что замешан здесь и французский посол.

Алена воспряла и духом и уже более уверенней произнесла:

– Я только ради приличной репутации графа Кротова смею печалиться.

К самому Сергею давно у меня нет никаких сердечных помыслов. Тем более, что просватана я уже! И я прошу вас, Ваше Величество не карайте гневом своим Ирину! Ведь полюбила я ее, как сестру! Смягчите гнев на милость! – слезы катились по щекам Алены и она, уливаясь ими, ползала на коленях перед Елизаветой.

«Чтоб тебе всю жизнь на коленях ползать и прощения вымаливать вплоть до внуков своих!» – подумала Ирина и потеряла сознание.

Елизавета приказала Алене вызвать для нее монастырского лекаря, а не дворцового, как раньше.

Алена осталась одна над бессознательным телом своей бывшей подруги. Императрица обещала в скорейшем времени позаботиться об удалении из Петербурга сей девицы. Радости Алены не было предела.

«А Кротова заполучить мне теперь ничто не мешает!» – подумала она. Вошел лекарь, Алена искренне поцеловала Ирину бесчувственную до сей поры и, попрощавшись вышла.

Первым делом она решила посетить дом Волковых, дабы предупредить о будущей расправе императрицы с их семьей.

– Как?! Ирина?! – кричал Игорь. От такого известия бурые пятна на лице его стали совсем коричневыми. Алена, утирая слезы сидела рядом с Матвеем Степановичем Волковым.

– Я просила государыню смягчить гнев на милость и не слишком наказывать Ирину, – и Алена расплакалась, вполне правдиво и убедительно.