Око за око

– А мамка его отпустила? – издеваясь, спросил какой-то казак, видимо, славившийся острым языком.

– Да у него еще молоко на губах не обсохло! – прогремел другой, самый огромный из всех стоявших рядом.

И шайка разразилась еще большим смехом.

– Прекратить эти разговоры! – предупредил Герасим все прочие язвительные слова, уже готовые сорваться с уст других верзил, осматривавших Ярослава с ярко выраженным чувством превосходства на лице. – Ярослав – мой друг, и с этим придется считаться.

Казаки притихли, но ненадолго – они знали, что совсем скоро Герасиму совсем не будет никакого дела до своего друга, вот тогда-то и можно будет потешиться всласть.

Однако все произошло немного не так, как предполагали казаки, и в этот день Евангелик увел Ярослава в свое жилище. Правда, как позже выяснил Ярослав, оно мало чем отличалось от всех прочих, но в глазах казаков это считалось честью.

Переговорив с высоким и, по сравнению с остальными, худым казаком, Герасим оставил остальные дела на потом и, разделив со своим подчиненным немудреный обед, увалился отдохнуть с дороги, предложив Ярославу сделать то же самое.

После нескольких бессонных ночей, которые Евсеев и Евангелик провели на ногах, под покровом ночи преодолевая самые опасные участки пути, Ярослав, несмотря на все свои переживания, тут же уснул, а пробудился только на следующее утро, когда небо еще только начинало светлеть.

Герасим, услышав, что Евсеев зашевелился, тоже пробудился, и, чумной от долгого сна, Евангелик предложил товарищу освежиться.

Ярослав покорно пошел вслед за Герасимом, и тот вывел его к злополучной реке, через которую Ярыш вчера едва перетянул коня. Недолго думая, атаман сиганул в реку, которая, как выяснилось, в некоторых местах была достаточно глубокой.

По привычке повторяя все за Герасимом, Ярослав тоже прыгнул в воду, но, когда ледяная вода коснулась еще не остывшего тела, мигом выскочил на берег. Зато Герасим, словно ничего не чувствуя, долго еще плескался, пока окоченевший Ярослав пытался натянуть кинутую впопыхах как попало одежду.

– Ну что, Ярыш, не раздумал еще казаком быть? – посмеиваясь, спросил Герасим.

– Нет, – пытаясь скрыть дрожь, охватившую все его тело, ответил Ярослав.

– Тогда пошли, покажу тебе твое новое жилище.

Ярославу чуть плохо не стало, когда наконец Герасим завел его в смердящую хибарку. По всей видимости, здесь совсем недавно кто-то обитал, и жилище еще хранило следы этого человека.