Слав

И только последние лет двести, как используют слово мудрёное – инициация.

Последними прибыл Дарий со своей свитой. От подобной мощи, что в один миг прошла сквозь переход, бедная церквушка не выдержала и начала потихоньку разваливаться. Прибывшие еле успели выскочить, как строение обрушилось, обдав всех облаками пыли.

– Гневается господь наш. – тихо произнёс Филарет, но его слова не ускользнули от Мстислава Родомировича.

Да и не хотел этого священник, специально подошёл к нему поближе. Поклонившись своему императору и осенив себя крестом, он тут же побежал к развалинам храма, начав ковыряться в них в поисках каких-то своих вещей.

– Прости, князь. Мы тут у тебя немного намусорили. – улыбнувшись, произнёс император, протягивая руку.

– Обычно проходы на земли мои выдерживали и куда большее скопление сильнейших представителей мира явного. – задумчиво произнёс Мстислав Родомирович, пожимая протянутую ему руку.

Задумавшись, он совершенно не рассчитал силы. Застонал император Священной Римской империи и упал перед ним на колени, пытаясь освободить руку поломанную.

Святые рыцари тут же схватились за мечи, а архимаги вздели руки для волшбы.

Глава третья

Князь не позволил чужеземцам сделать и шага, заставив замереть на месте. Заодно, сразу обозначил границы. Они на его земле, а здесь сильнее Мстислава может быть только Казимир.

Сам Китеж был построен на огромном источнике хаоса, что подчинялся только роду князя, подчинившему его себе.

– Прости. Не рассчитал. Слишком привык, что у нас правители наделены силой. – тут же спохватился князь, отпуская Дария. Рука императора представляла плачевное зрелище. Несколько пальцев были сломаны. А мизинец и вовсе лопнул. – Деяна, помоги императору. Исправь оплошность, допущенную твоим нерадивым мужем.

Деяна тут же подошла к Дарию и накрыла его руку своими ладонями, опередив архимагов, которых князь уже отпустил.

Короткий заговор, в котором Деяна просила о помощи Трояна и её руки слегка начали светиться. Секунда и рука императора уже в полном порядке. А о произошедшем инциденте напоминает лишь засохшая кровь.

На развалинах церкви начал неистово молиться Филарет, прекратив свои поиски.