Птичка по имени Авелин

 Графиня и шпион

Я лежала на постели, сжавшись в комок. Несмотря на дядюшкины слова, было страшно. Мне очень нужно было поговорить с Хиро, но он все не приходил, и я все больше волновалась и накручивала себя. Наконец, внизу тихо скрипнула дверь. Хиро явно думал, что я сплю, поэтому старался не шуметь и свет не включал. Вот его длинный силуэт вошёл в комнату, зашуршал одеждой. Он зашёл в уборную, где сначала характерно зажурчала вода, а потом послышался плеск. Вернулся, тихо сел на край кровати, разуваясь, и я не выдержала, дотронулась до его влажной спины.

Он вздрогнул всем телом.

– Ли, ты не спишь! – выдохнул он. – Ух, напугала!

– Хиро, я должна тебе что-то сказать.

– А до утра не подождет? – он зевнул и почесал нос.

– Нет. Хиро, я – пропавшая графиня Волорье.

– Да, и что?

– В смысле, и что? – повысила голос я.

– Ну я знаю, что ты графиня Волорье. Что теперь?

– И давно ты знаешь?

– С самого начала знал. Я видел тебя в Ранолевсе. Ты, конечно, здорово изменилась. Там была такая важная дама, и кожа белая, и волосы такие… кудрявые.

А тут простая девчонка. Но ноги в чулках те же.

– Ноги? – глупо переспросила я.

– Ноги, – мечтательно протянул он. – Самые красивые ножки в Ранолевсе…

– Ты что, меня по ногам узнал?

– Не совсем. Я, когда ты на дерево полезла, подумал, что такие восхитительные ноги я видел только у графини Волорье. Потом, когда ты ко мне пришла, я подумал: да нет, что за бред! Разве графиня может быть такой…

– Какой? – не утерпела я.

– Забавной.

Нежной. Чувственной. Но получалось, что всё сошлось: и то, что ты ниххонский знаешь в совершенстве, причем и традиции тоже, и приехала ты недавно, как раз передо мной, и аптека опять же. Я с графом знаком был, он как-то обмолвился, что его жена отлично разбирается в ядах.

– А почему ты мне ничего не сказал? – растерянно спросила я.

– Зачем? Раз ты скрываешься – значит, на это есть причина. Захотела бы – сама бы сказала. Ну и вообще…

– Что "вообще"?

– Если ты графиня, то я тебе не ровня, – тихо ответил ниххонец.

 – Я ведь даже не из знати, к тому же беглец.

– Дурак, – вздохнула я, прижимаясь к его плечу.

– Дурак, – не стал спорить он. – А ты почему решила сегодня сказать?

– Подслушала твой разговор с мэром.

Он засмеялся тихонько и затащил меня к себе на колени.

– Ли, – принялся целовать он мою шею. – Ты невыносима. Ты хоть понимаешь, в каком ты сейчас положении?

– Нет, не понимаю. Хочу, чтобы меня оставили в покое.