(Не) люби меня

– А почему нет? Ты моя жена. Что в этом такого?

– Я не хочу!

– А я хочу, – Аяз мрачно смотрел на супругу, не собираясь сдаваться. В конце концов, она никогда раньше ему не отказывала.

– Знаешь, иногда я жалею, что запретила тебе завести вторую жену, – с горечью заявила женщина и быстро вышла из кухни, не желая снова расплакаться при нем.

Аяз остался сидеть совершенно оцепеневший от ее слов. Где-то в животе разливалось неприятное чувство холода. У них уже давно было не всё ладно, и ссорились они почти каждый день, но ни разу супруга не говорила ему настолько мерзких слов.

Это было чем-то немыслимым. Хотелось отстраниться, уйти ночевать в больницу, хлопнув дверью, зная, что этим он сделает ей больно, только он уже не тот человек, чтобы решать проблемы таким способом. Он поднялся и прошел вслед за Викторией.

Тот, первый дом, который он сам строил для семьи, в один момент стал им тесен, и пришлось его расширять – Вики и слушать не хотела его предложения просто купить новый. Тогда ей было важно, что этот дом был построен его руками и специально для нее.

Важно ли это сейчас? Они пристроили еще две комнаты, а лучше бы сделали только одну. Тогда ни у кого из них не было бы возможности уйти ночевать в другую спальню, как они это делали не раз и не два.

Вики лежала в кровати, уткнувшись в подушку, и плакала. Плечи вздрагивали. Аяз не понимал, в чем он виноват, как ей помочь сейчас, но напряжение внутри не проходило. Он снял рубашку и сел на край постели, не зная, уйти ему или остаться, но жена решила за него.

Она подняла заплаканное лицо и потянула его за руку к себе, утыкаясь холодным мокрым носом ему в плечо.

– Прости, – прошептала она. – Я не должна была так говорить. Но я правда не могу сейчас.

– Ничего, – ответил Аяз, гладя ее волосы. – Спи, родная. Всё будет хорошо.

Жена расслабилась и засопела, а он молча смотрел в белый потолок. Он догадывался, что хорошо уже не будет. Впервые она ему отказала, и эта мысль билась в его голове словно птица. Ночью Аяз проснулся от грохота на кухне (кто-то из детей явно оголодал) и хотел привычно притянуть жену к себе и, наконец, заполучить своё, но так и не решился.

Проснулся он поздно и совершенно разбитым. Ему даже показалось, что он заболел. В голове гудело, глаза отказывались открываться до конца. Прислушался к своему организму: нет, здоров. Просто не выспался. И неудивительно: всю ночь ворочался, вздрагивая от каждого движения Вики. Обида и холод из груди никуда не делись.