Босс мафии. Потребность в женщине

– Наконец-то, а то знаешь, задолбался я уже у тебя таксистом работать.

– Ты давай мне хату организуй по-быстрому, не паленую. Но сначала езжай за автобусом.

– Черт, а ты не мог сам за автобусом проследить? – возмущается.

– Пешком что ли, знаю, ты в мои таланты так свято веришь, но я ведь не Бог.

– Твою мать, таскайся теперь за автобусами, – недовольно бурчит Костян, – не, ну, что нельзя было любую из шлюх снять в клубе, их там с десяток у бара сидело. Нет нужно именно ту, которая не трахается.

– Вот такой я непредсказуемый человек.

Автобус повилял по улицам, заехал в какую-то дыру с двухэтажками. Краля вышла на одной из остановок и мы, не выходя из машины, увидели, куда девушка вошла.

– Ну, все понятно, вопрос снят, теперь за тачкой и можешь валить.

Костян облегчённо вздохнул.

-–

– Где тебя носит, у меня уже весь желудок к ребрам прилип, – слышу из комнаты недовольное ворчание.

Повесила сумку, сняла куртку, разулась и прошла в комнату. Инвалидное кресло в углу, на кровати Николай Николаевич, свёкор.

– Почему так долго?! – кряхтит.

– Я работаю до девяти, – подошла, взяла его под руки, начала поднимать.

– Да мне плевать до скольки ты работаешь, я ссать хочу. Вот нассу в кровать, потом сама будешь орать, что матрас обоссал.

– Малого попросить нельзя? – подвезла кресло, перетащила Николаевича.

– Твой малой гуляет полдня, ему похер, что я тут лежу, немощный.

– Вы побольше на него кричите, – повернула кресло, повезла в уборную. – А сиделка вам что, утку не подала?

– Твоя сиделка только по телефону языком трепать умеет.

– Вам ничего не нравится, третью сиделку поменяли. Уже нет желающих выслушивать маты. Вас, между прочим, в черный список внесли. И теперь все сиделки в агентстве от меня шарахаются.

– А мне плевать, – повернулся, лицо злобой перекошено.

Я вышла из уборной, жду, когда он свое дело сделает.

– Так мне не плевать, – говорю, глядя в сторону. Достал он меня, сильно достал.

– Если бы тебе было не плевать, не уходила бы, – зажурчало.

– Ну, конечно, а питались бы мы святым духом.

– Я пенсию получаю, забыла? И ты тоже.

– На вашу пенсию я ребенка буду поднимать?

– А работа шлюхи лучше? Я всё.

Я вошла, взялась за ручки, повернула кресло к рукомойнику.

– Я не шлюха, а танцовщица.

– Так это то же самое, – говорит прямо даже с удовольствием.

– Вы могли бы и сами пытаться вставать, ничего не делаете, что врач прописал, никаких упражнений.