От Лукова с любовью

Он моргнул:

– Проблема не в том, что ты привыкнешь. Ты не доверяешь мне. Я чувствую это.

– Я верю, что ты не станешь специально ронять меня, – медленно проговорила я, недовольная тем, куда завел наш разговор. – Мне кажется, тебе нужно понять это как можно скорее. Ведь ты не хотел бы тратить время попусту.

– Неужели, Шерлок, – лениво произнес Иван, отчего я мгновенно выпрямилась.

– Слушай, Сатана, почему ты ждешь, что я стану доверять тебе после шестичасовой тренировки? – выпалила я, не успев остановиться.

На его лице появилась странная, довольная улыбка, которую я видела, только когда мы препирались.

– Так и знал.

– Неужели, Шерлок. Я знаю, что ты не будешь ронять меня специально, но чего еще ты хочешь? Мы не нравимся друг другу. Я постоянно жду, что ты меня подведешь, как бы я ни убеждала себя.

Его бровь поползла вверх, и я поняла, что он не стал спорить с тем фактом, что мы не нравимся друг другу. Придурок.

– Нам нужно доверять друг другу. Ли думает, что за год мы сработаемся, и я знаю, что смогу…

Я закатила глаза.

Ладно, может, я думала то же самое и о себе, но это совсем другое дело. Я не вела себя как самодовольная дура без всякой причины, причем только по отношению к одному человеку.

– …но нам нужно покончить с этим, и быстро. Причина твоего недоверия – идиот, с которым ты каталась до меня, так что я могу сделать? Что мне сделать, чтобы мы добились цели?

На этот раз пришел мой черед хлопать глазами, потому что кто, черт побери, был этот человек? Что мне сделать? Что за фигня? И почему он ругает Пола?

Должно быть, по моему лицу было понятно, что он застал меня врасплох, потому что он вздохнул:

– У меня нет времени.

О господи.

– У меня тоже. – Я не сказала «урод», но подумала так. – Слушай, я не знаю. Умом я понимаю, что ты не уронишь меня специально, но в душе не верю тебе. Неделю назад я бы не поверила, что ты поймаешь меня, если мы сделаем падение на доверие.

Иван прищурился:

– Ты не первая моя новая партнерша, и это всего лишь на год, поэтому давай что-нибудь придумаем. Хочешь, я дам слово?

– Заметь, ты не сказал, что поймал бы меня.

– Я бы не поймал.

Я, черт побери, знала это.

– То было раньше, теперь все иначе, Фрикаделька. Ты хочешь, чтобы я дал слово, что не стану намеренно причинять тебе боль?

Я чуть было не рассмеялась.