Роза Ветров

Несмотря на разногласия, мир в семье Румянцевых оказался не таким уж и шатким!.. Любовь между ними всё-таки ощущалась.

– Все это так, – кивком головы поддержал мысль сына отец. – Впрочем… Об умерших плохо не говорят, тем более, при его родных… Но, если вы хотите правды, то ваш дядя отличался крутым нравом, юноша. Не каждый мог с ним сладить.

– Я знаю это, – с полной покорностью внимал племянник, – но поверьте, что в семье он становился самым любящим человеком из тех, кого я знаю.

– Увы, но однажды я стал свидетелем обратного, – лукаво сощурился Румянцев.

Мехмед сглотнул, не сразу найдясь с ответом, и озадаченно переглянулся с другом. Пока турок собирался с мыслями, Дима сам обратился к отцу:

– Расскажите нам всё, что знаете, батюшка. Нам необходимо знать.

– Ваш дядя, Мехмед-бей, – вздыхая, продолжал Румянцев, отвечая на просьбу сына, – несколько раз прилюдно спорил с вашим отцом, а однажды прямо на совете дивана они чуть не оторвали друг другу бороды.

Отец… снова он?!

– В семье мне никто… об этом не рассказывал, – хрипло молвил гость.

– Не думаю, что это то, чем можно гордиться, но до нас, дипломатов, подобные вещи доходят очень быстро. – Гордость за свою должность переполняла старого графа, пусть он и занимал её с тех пор, как закончил университет. Жаль, что ответственность и рациональность не передались в наследство сыну!.. – Правда, я не знаю, кто был виновен больше, но Мустафу-Пашу я не осуждаю. Его брат умел выводить из себя.

– Даже вас, батюшка? – удивлённо вопрошал сын.

– Я выучен держать всё в себе, Дмитрий Александрович, – улыбаясь, отвечал Диме отец. – Годы практики берут своё, но, даже если я никогда не бил тебя в детстве, это не значит, что я никогда этого не хотел.

Дима хмыкнул, совсем, похоже, не обидевшись, а Мехмед неловко поёрзал на месте. Наденька как раз принесла на подносе какие-то баранки и плюшки, и живот неожиданно заурчал, напомнив о том, что с утра не получил ни кусочка.

– Хорошо, – пролепетал он немного погодя, пару раз моргнул и облизнул губы, чтобы не смотреть на плюшки. – Если мой дядя так часто вздорил со всеми, то, наверняка, у него имелись серьёзные недоброжелатели. Помимо, конечно, родного брата…

Старый граф задумчиво нахмурил брови, а потом постучал указательным пальцем по лбу.

– По правде сказать, был один такой случай.

Дима и его турецкий друг так резко подались вперед, что чуть не стукнулись лбами.