Роза Ветров

– Скучнее некуда! Хуже может быть только чиновничество в каком-нибудь министерстве…

– Поэтому-то ты отказался от должности секретаря, которую тебе предлагал отец?

– Целый день перебирать бумажки и играть в штосс? Я бы не вынес такой жизни!

– Жизни без полёта фантазии, не так ли? Лучше слоняться без дела по городу, но зато не заковывать себя в рамки.

Дима улыбнулся, признавшись, что друг, пожалуй, знал его даже слишком хорошо. Несколько коридоров молодые люди вновь преодолели молча и, окончательно сбив дыхание на лестнице, наконец вышли на нужный этаж.

– Ну-с, ваше сиятельство, – протяжно проговорил граф Румянцев и подал графу Воронцову руку над шахматной доской. – Вынужден признать, что эту партию я запомню надолго.

– Полно вам, полно, Александр Михайлович, – удовлетворённо покряхтел Воронцов, поднялся на ноги и поклонился коллеге, слегка склонив голову набок.

Почтенные мужи вновь рассмеялись, пожимая друг другу руки, и Мехмед сквозь щёлочку между створками увидел, что, хоть отец друга за все эти годы заметно постарел, седина ему, впрочем, очень шла. Интерьер в кабинете старшего Румянцева отличался изысканностью. Дорогие портсигар и чернильница, ломившиеся от литературы книжные полки, позолоченная статуэтка греческой богини победы Ники на рабочем столе и портрет какой-то Лопухиной на стене – так, во всяком случае, назвал её Дима, – всё это приковывало его непривыкший, чисто восточный взгляд.

Закончив с наблюдениями, он спросил у друга:

– О чём они?

– А!.. – махнул тот рукой. – Обычная светская болтовня.

Постукивая аккуратными каблуками о лакированный пол, граф Воронцов – как истинный дипломат, всегда с иголочки! – показался перед молодыми людьми и первым же делом заключил юного графа в объятья.

– А!.. Митя Александрыч! – хохотнул граф, сознательно коверкая имя юноши. Так он хотел показать своё отеческое к нему отношение. – Посмотрите, кто тут у нас… Александр Михайлович! Чадо ваше ненаглядное пожаловало.

Мехмед хлопал ресницами, – русский он разбирал ещё хуже французского! – и честно прождал, пока Воронцов закончит с любезностями.