Четверть Луны

Голос становился всё более настойчивым и доносился уже со всех сторон. Он был всё ближе и ближе, пока не зашептал на ухо:

"Damnabilis ies iom, mirdo cavus mirdo, cessa verunt ies iom, mirdo oblivio ement, mors damnabils ies iom, ospes araneus ies iom…"

Он крепко сжал голову руками, чтобы не слышать этого голоса, но всё было бесполезно; он упал на колени и его глаза потухли...

"Damnabilis ies iom, mirdo cavus mirdo, cessa verunt ies iom, mirdo oblivio ement, mors damnabils ies iom, ospes araneus ies iom…"

Первая Глава

Он такой неуловимый, когда я пытаюсь его обнять

— Элио, Элио, быстрее! Помоги мне с пакетами, пока не началась гроза!

Элио стоял без движения в своих новых ботинках и наблюдал, как его мать без конца суетится.

— Элио! Что ты там застыл? Возьми это! — И она всунула ему в руки огромный пакет с овощами.

Элио не собирался больше ничего делать, он поднялся по внешней лестнице дома, развернулся и толкнул калитку, остановился, рассматривая этот проклятый мигающий красный свет кнопки лифта, затем поднялся по лестнице в дом и, положив пакет на кухонный стол, ушёл в свою комнату слушать музыку и валяться на кровати.

За это время и мать поднялась по лестнице и пришла его искать.

Она появилась на пороге его комнаты с криком:

— Чем ты занят? Мы ещё не закончили, иди и помоги мне!

— Да, да...иду... — отвечает Элио, не двигаясь, впрочем, а только чтобы избавиться от неё.

Джулия уходит, надеясь, что в этот раз будет по-другому. Она была в отчаянии, потому что не могла расшевелить своего сына, который становился всё более и более апатичным.

Со стороны входа послышались быстрые шаги его сестры, которая звала его весёлым голосом:

— Элио! Элио! Подними свою задницу с кровати и иди и ты тоже помоги маме, она ждёт тебя внизу, — прокричала она, зная, что ничего не добьётся.

Элио не двинулся с места и продолжал равнодушно смотреть в потолок, увеличив громкость музыки.

Джулия, измученная больше борьбой с сыном, чем переутомлением, в конце концов, закончила разгрузку покупок вместе с дочерью Гайей.

Она не могла думать ни о чём другом, кроме Элио, пока поднималась по лестнице этого бело-оранжевого пятиэтажного дома, такого, как и все дома в их рабочем районе в городе Джалингва, где они жили и лифт в котором работал через день, но никогда в тот день, в который надо было занести в дом покупки. В этом доме жили двадцать семей, в двадцати квартирах, окна которых выходили на противоположные стороны.