В объятиях города с белой стеной

– Странно это слышать от тебя, – подняв брови, сказал Директор. – В любом случае, вы угроза. Вы непременно сразу доложите о том, что тут происходит.

– Нет! Обещаю!

– Прости, но я никому не верю. А особенно тебе.

Он повернулся к ним спиной и начал пристально смотреть в окно.

– Уведите их во второй корпус! Ичтоб на этот раз они не убежали! – приказал Директор.

– Так может их того, как тех, – неуклюже предложил Сеня. – И за корпусом закопаем.

– Я повторять не буду, – спокойно ответил Директор.

Сеня с друзьями подошли к Елене и насильно подняли её с пола, она сразу не заметила в их руках дубинки.

– Опять этого тащить, – пробубнил недовольно третий.

– Может его водой окатить, чтоб очухался. А? Юр?

– Нет! – крикнул Директор. – Санитары ко мне, – нажав на кнопку, приказал он в граммофон.

Через пару минут к нему в кабинет влетели двое санитаров в голубой форме, они схватили Пашу под руки и потащили прочь.

– Что стоишь? Двигай ногами, – толкая Елену, сказал Сеня.

Она пошла вслед за санитарами, а трое товарищей оцепили её в круг. Сеня смотрел на неё в упор выцветшими едва голубыми глазами и глупо улыбался, «Как он отвратителен», – Елена старалась не смотреть на него. Она, ежась от его похотливого взгляда, согнулась и скрестила руки на груди. Во рту у него красовались редкие гнилые зубы, запах от которых доносился даже на расстоянии. Он провел рукой по своей лысой голове и прошептал:

– Боишься? – и снова ехидно засмеялся, Юра толкнул его в бок.

– Хватит! Иначе я тебе врежу, – в отличие от Сени, Юра был приятной внешности, каштановые волосы лежали легкой волной, а взгляд карих глаз скользил по стенам и углам.

Они порядком отстали от санитаров с Пашей, их уже не было ни видно, ни слышно. Елена немного разволновалась и прибавила шагу, спускаясь по ступенькам. Три товарища шли с ней рядом след в след, непринужденно раскачивая дубинками.

Онипреодолели лестницу и вышли на улицу. Начало рассветать, природа потихоньку оживала и наливалась красками утреннего солнца.

– Двигай.

Елена двинулась в сторону второго корпуса. Они шли по узкой асфальтированной дороге, а по обочинам в ряд стояли деревья с желтыми, красными, а некоторые уже коричневыми листьями. На лужайках во все ещё зеленой траве причудливо лежали опавшие листья.