Обретенная надежда

– Вас заботит моя репутация и моя безопасность? Так почему же вы не хотите сопровождать меня в игорный дом? Ведь если я отправлюсь туда одна, со мной может случиться что угодно! – воскликнула Кэролайн.

– Вы в своем уме?

– Если вы будете рядом, то со мной не случится ничего плохого, – продолжала настаивать Кэролайн, пропустив его замечание мимо ушей.

– Кэролайн! Прекратите нести всякий вздор. Вы сами не понимаете, о чем говорите! – воскликнул Себастьян с нарастающим раздражением.

– Примите мои извинения, – проговорила она.

– Нет, мне плевать на свою репутацию. Она запятнана настолько, что ее уже невозможно испортить.

– Это не так.

– Что вы имеете в виду?

– Мне кажется, вы потратили немало времени и сил, чтобы создать себе такую скандальную репутацию. А если вы будете появляться в обществе со мной, от вашей репутации повесы не останется и следа.

Он сжал ее руку и притянул Кэролайн к себе. Он был так близко от нее, что она чувствовала его жаркое дыхание на своем лице. Сердце ее билось так, что готово было выпрыгнуть из груди. Кэролайн казалось, что она стоит на краю обрыва, а под ее ногами раскинулась бездна. Ей вдруг захотелось прыгнуть вниз. В бездну, таящую в себе массу опасностей и запретных удовольствий.

– Вы не решитесь пойти туда одна, – заверил ее Себастьян.

– В свое время я без колебаний запрыгнула на Буркана. Почему же вы думаете, что я не решусь отправиться в игорный дом одна? – с вызовом спросила Кэролайн.

Себастьян выругался. Он задыхался от волнения.

– Неужели вы готовы?.. Впрочем, можете не отвечать, и так все ясно.

– Так отведите меня в игорный дом, мистер Дамский Угодник, выполните просьбу леди! К тому же ваш отец будет гордиться вами, если узнает, что вы опекаете дочь его соседа, графа Армстронга.

Улыбка мигом сошла с его лица, уступив место хмурости.

– Любой нормальный человек на моем месте не спустил бы вам ваших дерзостей и рассказал бы вашему отцу о том, что вы были на спиритическом сеансе и собираетесь отправиться в игорный дом.

Кэролайн поразила резкая перемена его тона. Вероятно, Себастьяна задело упоминание о его отце. Она вспомнила, что неприязнь между отцом и сыном столь велика, что Себастьян делает все, чтобы разозлить его еще больше.