Незнакомцы у алтаря

 – Мне только показалось, что неплохо будет, так сказать, расслабиться… выпустить пар в обществе родственной души… – Заметив ее ошеломленное лицо, он покачал головой. – Нет так нет! Простите, у меня был ужасный день, вернее, ужасные несколько недель, но мне все равно не следовало обращаться к вам с таким предложением.

Он дотронулся до шляпы, но она снова удивила его, на сей раз едва заметно улыбнувшись.

– Что там недели, у меня было несколько ужасных месяцев… Нет, лучше сказать – лет.

– Миссис Макбрейн, подозреваю, у вас прекрасные задатки во всем, за что бы вы ни взялись. Вы производите впечатление весьма решительной особы.

– В самом деле? Сейчас – да, наверное, хотя какая разница? Как бы мне ни хотелось выбраться из переплета, в который я попала, решения не вижу.

– Кроме того, чтобы зарабатывать себе на хлеб на панели? Очень надеюсь, что до этого все же не дойдет.

Она смерила его взглядом, который можно было назвать только вызывающим:

– А что? По-вашему, я не сумею заработать себе на пропитание?

– Скажите на милость, что вам вообще известно о таких источниках заработка? – спросил Иннес, с трудом удерживаясь от улыбки.

– О, у меня имеются свои источники. Кроме того, у меня есть зонтик, – добавила она, вызвав его замешательство. Хотя говорила она с чопорным видом, в глазах у нее плясали чертики, а ее улыбка затронула самые потаенные струны его души.

– Вы поразительная женщина, миссис Макбрейн, – сказал Иннес. – Вы мне не верите?

– Понятия не имею, стоит верить вам или нет, хотя сейчас мне, откровенно говоря, все равно. Вы меня рассмешили; после того, что наговорил мне Томсон, я не думала, что еще могу смеяться. – Ее улыбка стала мягкой, сочувственной. – Похоже, в деньгах нуждаюсь не только я… Почему бы и нет? Дома меня никто не ждет, кроме кредиторов и, скорее всего, судебных приставов.

Эйнзли Макбрейн не могла понять, что на нее нашло. Пока они шли от Парламент-сквер по Северному мосту, у нее было достаточно времени, чтобы подумать и ответить отказом на приглашение едва знакомого мужчины, но она этого не сделала.