Равновесие во Тьме. Писатель

 – Давай стукнемся нашими сэндвичами в знак верной дружбы! Во-о-о! Вот так!

На несколько секунд мне показалось, что я нахожусь рядом с давним другом, которого хорошо знаю. Стук сэндвичами мог остаться глупой забавой, но мы оба приняли этот ритуал всерьез.

– Тебе девятнадцать? – спросил Билл, откусывая плоский кусок хлеба с тянущимся сыром, не успевая поймать вылетающий помидор.

– Ага! – ответил я, ловя кусок его помидора. – Забирай!

– Спасибо, дружище! – смеялся Билл на всю улицу, заталкивая остальные овощи глубже и раскрывая рот шире.

 – О, как умею!

Этот парнишка подарил мне надежду на дружбу. Я надеялся, что расплавленный сыр сэндвичей скрепит наши жизни и щедро наградит взаимопониманием на долгие годы.

– Как быстро летит время! – возмущаясь, недоумевал Билл. – К сожалению, нам пора по домам. Мне нужно припарковать этот несчастный премиум в подземке, чудом сохранив его в целости и сохранности, учитывая мощность под капотом. В двадцать пять я пока не смог заработать на личный мерседес-бенц эс-класса, но использую финансовое благосостояние отца, как компенсацию за испорченное детство.

– Завидую твоей смелости, – сказал я в ответ. – Мне стыдно брать что-то у отца. Не хочу унижаться ради лишнего цента.

– Я понимаю тебя, – кивнул он головой, открывая дверь автомобиля с водительской стороны. – Наши предки сделали все, что могли. Нет смысла переживать по этому поводу. Надо двигаться дальше. Мы можем изменить судьбу, начав наслаждаться жизнью.

Ах! Как бы я хотел уехать из Нью-Йорка, чтобы любоваться нетронутой природой, крепко обнимая будущую жену. Помечтаем? А пока забирайся, дружище, нам пора. И хватит забивать голову всякой ерундой.

На фоне остальных Билл сильно выделялся мудрыми рассуждениями. Он первый, кто смог растопить меня настоящего практически с первых минут знакомства, возвращая желание жить. Мы прокатились, заостряя взгляд на горящих вывесках, вместе недоумевая от количества этажей в высотках.

– Мне близок спальный район Статен-Айленда, – произнес я, заметив на его лице усталость от шумного города.

 – Там есть на что поглядеть. Обычно я прогуливаюсь в Южной части. А бредя со стороны Севера, можно проникнуться пугающей древностью.

– Люблю спальные районы, – поделился со мной Билл. – Минимум суеты, можно расслабиться и наконец-то выдохнуть.

Мы разговаривали всю дорогу, встретив рассвет на одном из крупнейших мостов Нью-Йорка – Верразано-Нэрроуз.