Хомут на лебединую шею

Гутя поднялась и прошлепала в ванную. Конечно, она в такую рань никогда не поднималась, другое дело, Фома с Варварой, они уже унеслись на работу. Аллочка, конечно, где-то права, кто раньше встал, того раньше и съели… Тьфу ты, все в голове перемешалось.

Аллочка напялила на себя яркое, как ей казалось, пальто невзрачного серого цвета, прикрыла голову вязаной шапочкой и уже топталась в коридоре, поджидая Гутю.

– Аллочка, ты бы сняла это убожество с головы, ну есть же что другое надеть, – недовольно пробубнила Гутя, придирчиво оглядев свою сорокалетнюю сестрицу, которая успешно могла бы сойти за бабусю преклонных годов.

– А я считаю, скромность никогда не помешает. Главное, чтобы у человека нутро… внутренние органы в порядке были… – поучала сестру Аллочка.

Потом она уставилась в зеркало и решительно сдернула с головы шапку:

– А что у нас Варька носит? Может, мне примерить ее шляпку?

– Лучше мою надень, чего уж людей смешить…

Разобравшись кое-как с одеждой, сестры направились по адресу, который им оставила Кукина.

Лилия Семеновна жила в новом районе, ее дом располагался как раз между двумя крупными магазинами и аптекой. Найти нужную квартиру и вовсе труда не составило. Сестры позвонили, и за дверью раздались чьи-то уверенные шаги.

– Ага… пришли, значит… проходите, – смерил их взглядом высокий молодой мужчина в спортивных штанах и в синей фирменной майке.

Сестры прошли в прихожую, дальше молодой человек дам не пустил, загородив проход своей мощной грудью.

– Хочу вам сразу сообщить – памперсы, к вашему сведению, мы не носим! – категорически заявил он, строго глядя на Гутю.

– Я за вас рада, – растерявшись, пролепетала Гутиэра.

– Ага… а в какие игры вы играете? – продолжил беседу хозяин квартиры.

– Я только в дурака, – неуверенно ответила Аллочка.

– Чувство юмора? Это нам подходит… А песни? Какие песни поете?

Ободренная Алиссия тут же начала перечислять весь свой деревенский репертуар:

– «Виновата ли я», потом «Я те дам, че ты хочешь», потом еще «Не вейтеся, чайки, над морем»…

– Ну хватит уже! Пошутили – и хватит! – строго оборвал ее противник памперсов.