Лыцарь + Драконтесса = ?

Это был поистине головокружительный и ужасающе прекрасный полёт, вынесший дракона и человека через тёмные лазы в небеса над открытой площадкой, находившейся выше той, на которой недавно стояла Замзагул, беседуя с Нидхёггом. Апалал осторожно, словно хрупкую статуэтку, поставил мокрого до нитки Веню на твёрдую поверхность, а сам эффектно завис над ним, окружённый фонтаном радужных брызг, чтобы через мгновение опуститься рядом с Недозреловым, быстро приняв человеческий облик и складывая крылья за спиной (от этого там у него образовывался небольшой горб).

– Все драконы так могут?! – в изумлении спросил Веня, стараясь унять охватившую его то ли от холода, то и от страха дрожь: отмок, называется.

– Не все, а только те, которые ведут свой род от первородных великих змиев, – сказал Апалал. – Остальные находятся ниже в иерархии видов и не обладают способностью к трансформации. Существуют и такие, кто не может даже вести разговор – низменные сущности, движимые лишь инстинктами.

Советник прервался, изучающе взглянув на Веню.

– Вы переохладились и промокли, Вениамин Маркович. Позвольте мне это исправить, – сказал он.

– А как вы хотите это …– начал Недозрелов, и в следующий миг из его глотки вырвался крик ужаса, потому что Апалал выдохнул белое пламя из приоткрытого рта.

Веня инстинктивно выставил руки вперёд, в судорожной попытке защититься, и снова вскрикнул, но уже от удивления: струи огня обошли его, не коснувшись тела, а только обдав жаром. В результате через несколько мгновений одежда и волосы высохли, испуская белесый пар.

– Вы владеете даром управлять огнём, – пояснил Апалал. – Вернее, вы им пока не владеете в полной мере, но способны применять его в опасных для жизни ситуациях.

– Я управляю огнём?! – ошарашенно повторил за ним Недозрелов и вспомнил момент, когда Нидхёгг хотел сжечь его, но пламя тоже странным образом отступило.

– Да, именно это и позволило вам выжить в момент вашего рождения, – добавил Апалал.

– Вы знаете историю моего рождения? – спросил Веня, чувствуя, как от волнения его сердце забилось быстрее.

До этого дня он ничего не знал о своей. Апалал мог пролить свет на эту волнующую тему.

– Скорее, историю вашего выживания, а рождение ваше – одна из самых больших тайн, – поправил советник. – Но давайте вернёмся в замок и продолжим беседу в ваших покоях.