Лыцарь + Драконтесса = ?

– Да…– прозвучало совсем рядом, но вот что странно: голос звучал будто с некоторой высоты.

– Ваше хобби – плавание в темноте? – окончательно набрался наглости Недозрелов.

– Моё предназначение – выводить из тьмы к свету, – ответил Апалал, и в глаза Вене хлынул яркий свет, лившийся откуда-то сверху, словно там сияла сверхновая звезда. Это позволило Недозрелову оценить помещение, в котором он находился. Зрелище было просто потрясающее! Насколько хватало глаз, плескались чёрные воды, в которых отражался неожиданно вспыхнувший светоч.

Стены, ограничивающие пространство, терялись во мраке (может быть, их не было вовсе?), а где-то высоко-высоко зиял вход в круглый лаз, из которого вывалился Веня. Но самое потрясающее было не в этом, а в источнике света, потому что его излучала голова огромного дракона. Он завис в воздухе, сложив крылья и опираясь на хвост, уходивший в глубину. Веня никогда не поверил бы, что эта махина и есть Апалал, но седые вислые усы и огромные удлинённые чёрные глаза без зрачков свили о том, что перед ним именно советник принцессы.

– Не пугайтесь, Вениамин Маркович! Вы всё равно узнали бы, просто чуть позже. Но раз уж так случилось сейчас, значит, это судьба, – сказал этот водяной змий.

– Вы тоже из этих… как Нидхёгг?! – пробормотал Веня, вспомнив огромного серебристого дракона, которого он заметил в момент своего знакомства с Разрывателем Трупов, парящим в небесах.

Значит, советник тогда не испугался, а перевоплотился, чтобы защитить принцессу, и если бы не вмешался сам Недозрелов, серебристый дракон атаковал бы Нидхёгга.

– Я – один из первородных великих змиев, если вы это имели в виду, – с достоинством уточнил Апалал, задетый сравнением, которое сделал Веня. – И это единственное, что объединяет меня и Разрывателя Трупов!

Исполинский хвост в это время ударил по дну, вызвав в тёмном бассейне настоящее цунами.

– Я понял, понял! – крикнул Веня, чуть не утонувший от этого проявления драконьей досады. – Вы и он – это совершенно несовместимые понятия, как гений и злодейство!

Он из последних сил держался на плаву, клацая зубами то ли от страха, то ли от переохлаждения.

– Вам вредно так долго пребывать в водной колыбели, Вениамин Маркович! – смилостивился Апалал. – Не пугайтесь, я сейчас вынесу вас отсюда.

Веня почувствовал, как его тело крепко обхватывает нечто мускулистое и прохладное, текучее, как вода, – это Великий Змий обвил его хвостом, а затем развернул крылья и взмыл в тёмную высоту.