По следам Атани Дюбарри

Часть находившихся в этот момент в кубрике матросов, поднялась наверх, чтобы не пропустить ничего интересного, капитан корабля – пожилой моряк Кристоф Шарби – даже решил прервать отдых в собственной каюте и теперь с напряжением рассматривал в подзорную трубу болтающуюся на волнах шлюпку.

– Месье Курон, – сказал он своему помощнику слегка задумчиво. – Там два человека. Один словно накрывает собой другого, но тот, что внизу… – он замялся. – Взгляните…

Франсуа приложился к окуляру и из его уст в изумлении вырвалось:

– Женщина!

Это восклицание вызвало еще больший ажиотаж среди команды «Юной Роуз».

Все переглядывались. На горизонте не наблюдалось ничего, похожего на парус, вопросов было множество. Сколько же времени эта шлюпка блуждала по водным просторам, живы ли ее пассажиры или все, что потребуется от команды шхуны, это предать их упокоению?

Франсуа Курон с волнением наблюдал за тем, как пристёгивают шлюпку к борту корабля. Вот матросы вытащили на палубу молодого человека с черными кудрями. Рубашка на нем была полурасстегнута и по шее к левому плечу тянулась багровая полоса солнечного ожога.

– Пульс есть! – сообщил седовласый судовой врач, ощупав парня. – Принесите воды!

Затем на корабль с особой осторожностью перенесли бесчувственное тело молодой девушки с золотисто-русыми волосами, при взгляде на которую у Франсуа дрогнуло сердце. Молодая особа лежала на дне шлюпки, накрытая мужской курткой, видимо, чтобы спастись от палящего солнца, и теперь казалась на фоне своего загоревшего спутника нездорово бледного цвета.

Её обескровленные губы были приоткрыты, одна ладонь была судорожно сжата в кулак. С заметным волнением доктор Парос ощупал шею и руки девушки, прислушиваясь и сдвигая брови, потом наклонился к ее груди и с облегчением кивнул.

– Она жива! Только в очень глубоком обмороке!

Франсуа расправил широкие плечи, ощутив внезапное спокойствие:

– Отнесите мадемуазель в мою каюту! – и прибавил. – Я найду, где буду спать…

В этот момент на лицо бесчувственного парня, продолжавшего лежать на палубе, несколько раз плеснули воду, он задрожал, зашевелил губами, и доктор Парос сделал знак, чтобы действие повторили.

– Эжени… – пробормотал молодой человек, распахнув глаза, и полубезумным взглядом уставился на людей вокруг себя.

– Эжени… – повторил он.

– Все хорошо, – ласково сказал врач, касаясь парня. – Вы в безопасности, вам ничего не угрожает. Я – врач…

– Эдвард, – пробормотал тот. – Эжени…

И снова потерял сознание.