Шепоты старой усадьбы

 – У тебя имеются ключи от помещений института?

– Должны быть, – пожала я плечами, выражая неуверенность, и достала из ящика связку. – Библиотека… – перебирала я ключи, читая надписи на маленьких приклеенных клочках бумаги, – архив… Вот, нашла. Написано «ректор».

– Отлично. Идем.

– Куда? – насторожилась я. Было ощущение, что он знает точно, где расположен кабинет. Я вот этого не ведала, хоть и вахтер. Правда, новенький, первый день на работе, но тем не менее…

– На второй. Я так понимаю, весь институт находится там?

– Наверно.

Он кивнул.

– Если только у тебя нет каких других предложений. Например, позвонить своей этой… Галине Викторовне, или как ее там.

Я вздохнула.

– Не хочется ее отвлекать по пустякам.

– Кража ключей из кабинета ректора – дело серьезное.

– Воссоединение семьи накануне свадьбы – еще серьезнее. Уж поверь. Мне обе бабушки говорили, что даже из могилы восстанут, лишь бы присутствовать на моей свадьбе, если таковая хоть когда-нибудь состоится.

Он хмыкнул.

– Ладно, дело твое.

– Значит, идем направо. – Мы стояли как раз на площадке перед коридором. – Начнем по порядку.

На четвертой двери нам повезло. Она находилась уже в левом секторе, через дверь от Гербового зала.

Кабинет был средненьким. Старая мебель, кричащие о косметическом ремонте стены и пол. Напротив длинного стола для совещаний висел большой портрет президента.

– Как еще не Ленин, – фыркнул Смирнов.

– Ты на этого дядю работаешь, – напомнила я издевательским тоном.

– Давай не будем терять время.

Я кивнула на сейф.

– Думаю, от него у меня точно ключа нет. Зря поднимались.

– Сомневаюсь, что связка лежит там. Поройся в столе.

– Ох, на темное дело меня толкаете, товарищ майор, – недовольно фыркнула я, уже ничему не удивляясь: не впервые за сегодня нарушать закон и порядок.

– А что делать, – развел он руками. – Нужно проверить теорию.

– Вот сам и проверяй!

Несмотря на собственные слова, я тем не менее уже обошла стол и открыла первый ящик.

– Тебе ближе, ты уже там стоишь.

– Если наша доблестная полиция именно такой логикой руководствуется в своей работе, тогда ничего удивительного, что раскрываемость почти на нуле, – ворчала я, осматривая уже третий ящик стола. Последний. – Ничего! – горестно констатировала я, задвинув его обратно.

– Посмотри в тумбе. – Она стояла возле письменного стола.