Боровой

Бреган следопытом не являлся, но видел с высоты прожитых зим и своего многолетнего опыта достаточно хорошо. Он знал, как лесной бандит способен спрятать свой след и на какие ухищрения идут порою те, кого от виселицы отделяют лишь хорошо сокрытые логова. Однако подобное он видел впервые. Не было сомнений в том, что след принадлежал тому же, кого они преследовали весь день. Ботинок правой ноги беглеца шёл в одну сторону, а левый в другую. Кроме отпечатков ног, других следов вокруг не имелось. Сами же следы не стали ни глубже, ни реже.

– Готово дело, – драматично заключил Зубрав. – Это всё-таки был он. Дух следы спутал.

– Ты дурак или родом так? – отозвался тут же Бобёр. – Это тать нам голову дурит. А дело было так: было их двое. Один на одной ноге туда упрыгал, а другой сюда, – замахал он руками, поясняя свои догадки. – Дурачка из меня делают.

– Для такого и стараться не надо, – поморщился Зубрав. – Это что ж они, по-твоему, в обнимку по лесу скакали, каждый на своей ноге, а потом разошлись, как швы на твоей жопе?

– А как ещё? У них, может, и подельнички тут сидели, подсобили.

– Если бы кто помогал – в-в-вокруг следы были, – тихо проговорил Круве.

– Ну, значит, двое было. Как есть двое.

– Будь их двое да каждый на одной ноге прыгал, мы догнали б их в два счёта, – презрительно протараторил Зубрав, серчая на бестолковость товарища.

– А у меня и получше объясненье найдётся, – развернулся лицом к тому Бобёр.

– Так, – принял вызов Зубрав.

– …захватил тело мужика. Мы за ним. А он следы путать, чертила. Но мало ему того было – он, шоб нам ум вконец сломать, на две части расхрючился и разбрёлся. Левая нога превратилась в журавля, а правая в селезня…

– А почему правая в селезня? – не понял Славко.

– …с тех пор его и не видал никто, – помогая себе руками изобразить праведный трепет, закончил Бобёр.

– Вот ты как со мной заговорил, – сузил до щелей глаза Зубрав. – Ну, добро. У меня тогда тоже объяснение есть. Тебе полюбится. Скакали эти умники каждый, знач, на своей ноге. А с деревьев их дружочки, ткачи-циркачи верёвками страховали. Чтоб те на одной ноге-то не попадали. На каждом дереве по татю с канатом, как клещей.

Бреган в перепалку не вслушивался. Он снова склонился к земле и тронул кончиками пальцев отпечатки.