Агрессия

Они что в этом городе размножаются почкованием?

– Марина, – она запнулась, понимая, что это не то окружение где стоит называть фамилию, а тем более домашний адрес, – просто Марина, – повторила она.

– Я ценю ваше желание оставаться инкогнито, – произнес мужчина и опять поклонился. – Но сейчас ваши преследователи мертвы и волей Господа вы находитесь под моей защитой. Так что вам не о чем беспокоиться.

Марина поперхнулась. Для бомжа этот тип был слишком образован. Но ей явно не хотелось продолжать это случайное знакомство.

– Гляди, как разговорился, – человек, дремавший до этого в коробках, кряхтя, вылез наружу и с любопытством уставился на Марину и мужчину.

– А вы не хотите представиться? – обратился к нему Бриан.

– Значит, пока ты тут неделю в себя приходил, как дуб сидел, мычал и за голову держался, Михалыч был нужен. Кормил тебя, поил, в обиду не давал. А теперь, видишь ли, представиться ему надо! – возмутился человек из коробок.

– Неделю? – искренне удивился тот, кто назвал себя Брианом.

 – Вы ошибаетесь. Неделю назад герцог обвинил свою мачеху в том, что она ведьма. Но я вступился за ее права, пользуясь властью, данной мне королем. За это попал в темницу. И когда подоспела помощь, герцогиня попросила защитить ее дочь. И я как последний болван дал слово. А теперь оказался здесь. И спас вас, – он повернулся к Марине. – Странно, но у вас тоже есть шрам на руке. Ведь так? – спросил он, словно обвиняя ее в каком-то преступлении.

– У меня нет никаких шрамов, – Марина плжнялась и стала потихоньку пятиться от костра.

– Нет есть, – Бриан в два шага оказался рядом и, взяв ее за руку, показал на ожог оставленный горячим кофе.

– Никакой это не шрам, – женщина раздосадовано вырвала руку.

– И у девочки был такой же. Это знак свыше. Вы и она одно и тоже. И я должен вас защищать, – завершил свою речь Бриан. – Вы ведь верите в видения? – неожиданно добавил он, вспоминая слова Инессы. – Возможно, сейчас мы находимся в таком видении. И это просто испытание силы духа.

– Разумеется, – как можно увереннее сказала Марина, – я верю в видения, девочек, герцогинь, посланников короля и шрамы. Но теперь, господа, мне нужно срочно идти. Извините, дела, – она развернулась и почти побежала прочь от костра.

Осторожно, стараясь не содрать колени, слезла вниз с почти двухметровой стены, огораживающей свалку, и поспешила к центральной улице. Главное выбраться на свет. Журналистка добралась до первого фонаря и облегченно вздохнула.